Только для лиц достигших 18 лет.
 
On-line: гостей 9. Всего: 9 [подробнее..]
АвторСообщение
администратор




Сообщение: 1512
Зарегистрирован: 26.03.18
Откуда: Deutschland
Рейтинг: 4
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.11.21 02:21. Заголовок: Альберт Молль. Половая жизнь ребёнка.


Половая жизнь ребёнка. Альберт Молль.

Германия, 1909 год.

http://loveread.ec/read_book.php?id=64894&p=1


Монография "Половая жизнь ребёнка" Альберта Молля, 1909 года, подробно исследует признаки полового развития у детей препубертатного возраста и позволяет автору говорить о «половой жизни» детей, практически без оговорок.

Как мы знаем, признаки фетишизма (фиксированности на различных объектах или особенностей сексуального поведения, имеющих следствием сексуальное возбуждение) закладываются в раннем детстве, когда по распространенному научному мнению речи быть не может о каких-либо половых / сексуальных процессах развивающегося организма и сознания.

Однако представленная работа достаточно убедительно демонстрирует читателям, что даже дети младшего возраста способны к сексуальным переживаниям и имеют не только чувственный, но и физический компонент сексуальной практики.

То есть говоря ясным языком – дети в любом возрасте способны к восприятию и включению в своё сексуальное поведение тех или иных элементов из реальной жизни, которые по каким-либо причинам возбуждающе повлияли на чувственный или физический компонент сексуального переживания.

Автор уделяет много внимания проблеме мастурбации детей именно как сексуальной практики и указывает на необходимость сексуального воспитания детей , то есть разъяснения детям правильного понимания и важности физического секса и сексуальных переживаний в жизни человека.

Однако автор сам обращает внимание на тот факт, что и сами взрослые зачастую остаются совершенно безграмотны в вопросах секса.

К сожалению наиболее интересная нам часть исследования - фетишизм «наказания поркой», лишь упоминается автором в конце монографии без детального разбора. Автор не приуменьшает заначение детских наказаний в последующей сексуальной жизни своих пациентов, оставляя тему не раскрытой.






То, что должно быть сказано, должно быть сказано ясно. Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Ответов - 13 [только новые]


администратор




Сообщение: 1513
Зарегистрирован: 26.03.18
Откуда: Deutschland
Рейтинг: 4
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.11.21 02:28. Заголовок: Альберт Молль 1909 г..



 цитата:
От редактора
(к изданию на русском языке, 1994 год)

Для многих – быть может даже очень многих – тема книги A. Moll'я представится совершенно неожиданной…
Весьма прочно установилась основная точка зрения, что проявления половой жизни ребёнка начинаются с момента его созревания, который для девочек совпадает с первою менструацией, для мальчиков – с первою поллюцией… И только с этого момента наиболее чуткие родители и педагоги начинают волноваться, недоумевать, изыскивая способы уложить в нормальные границы опасное пробуждение «зверя»… И вдруг оказывается, что зачатки половой жизни нарастают чуть ли не с первых дней жизни: в начале бессознательные, они скоро принимают характер полусознательности, а затем – смотря по индивидуальным особенностям каждого – приобретают уже форму сознательных ощущений и поступков – гораздо ранее того времени, которое мы привыкли связывать с официально, так сказать, установленным периодом полового созревания.
Д-р A. Moll шаг за шагом прослеживая жизнь ребёнка подробно доказывает, что это именно так. Какой серьезный переворот в настроениях родителей и воспитателей должно это произвести… Как вплотную должны они приблизить заботы о направлении половых инстинктов ребёнка к первым месяцам его рождения!.. Все вообще, что высказывается д-ром Moll'ем по вопросу о половом воспитании – очень поучительно. Он справедливо и долго останавливается на серьезном грехе нашей современности – сознательном желании большинства закрывать глаза на половую жизнь ребёнка даже в той стадии, когда по установившимся понятиям жизнь эта принимает фактический характер. Это именно та область «неприличных вещей», от которой большинство родителей намеренно и преступно отстраняется… И растет ребёнок без всякого руководительства, или – что еще хуже – при порочном руководительстве случайных, порочных товарищей.


Детально, во всеоружии научных данных разбираясь в половой жизни ребёнка, Moll затрагивает попутно много интимнейших вопросов половой жизни – которые представляют большой интерес с общей, а не только с специально педагогической точки зрения. Поэтому надо надеяться, что книга Moll'я приобретет у нас – вполне по заслугам – ту же широкую популярность, которую она сумела приобрести за несколько месяцев в Германии.

Д-р Б. Бентовин.





Глава I. Введение и исторические замечания

Подразделения детства. Зрелость. Методы иследования. Источники. Медицинская литература. Психология. История культуры. Работы по проституции. Зоология. Автобиография и жизнеописание. Беллетристика. Эротическая литература. Работы по половой патологии. Специальные исследования. Дневники.

Может показаться что, говоря о половой жизни ребёнка, мы впадаем в противоречие. Ибо обыкновенно принимается что половая жизнь пробуждается лишь по наступлении половой зрелости, когда детство приходит к концу, название же «ребёнок» применяется к человеку со дня его рождения до наступления зрелости. Но это противоречие только кажущееся и вызывается тем, что наступление зрелости связывают с известными внешними проявлениями (как первая менструация и первое истечение семени), причем упускается из виду долгий период развития, предшествующей этим симптомам. Уже в этот период замечаются несомненные признаки половой жизни.
Детство подразделяется на несколько периодов, причем их границы и описание у разных исследователей столь различны, что я, во избежание недоразумений, должен разъяснить употребляемые мною названия. Считая детство до начала 15-го года, мы делим его на два периода: один охватывает первые 7 лет жизни, другой – с начала 8-го года до 14-ти лет включительно. В следующем изложении я буду называть эти подразделения первым и вторым периодами детства. В первом из них можно еще выделить первый год жизни, как год кормления грудью. Оба эти периода образуют вместе детство в узком значении этого слова. Ближайшие годы с начала 15-го я отношу к юности. Так как последняя не отделяется резкой границей от детства, то я буду включать в свое исследование, по крайней мере, первые юношеские годы, которые будут обозначены, как третий период детства. В то время как детство в узком смысле охватывает лишь первые два периода, детство в широком смысле включает в себя и третий. Эти различные наименования на вряд ли вызовут недоразумения, так как под «детством» без дальнейших пояснений я буду понимать лишь первые два периода, т. е. до 15-го года. Из практических соображений я буду называть мужские индивиды во все периоды детства «мальчиками», женские – «девочками». Конечно, не следует думать, будто всё укладывается в эти шаблоны; всюду имеют место различия. Не говоря уже о том, что у разных рас развитие совершается с различной быстротой, а кавказская раса отличается поздним окончанием детства и наступлением зрелости, но и в пределах одной и той же расы существуют важные различия. Особенно должны мы обратить внимание на различие полов, так как у женщин детство приходит к концу раньше, чем у мужчин; у нас это различие считается приблизительно в два года. Сюда же относятся различия у разных классов населения, к чему мы вернемся в 6-й главе.
Тут необходимо выяснить в каком смысле я буду употреблять слова «зрелость» (Pubertät, Mannbarkeit, Geschlechtsreife) и соответствующее ему слово «зрелый». Существует большая путаница в употреблении этих слов. Зрелостью считается то известный промежуток времени, то лишь один момент его, и в том и в другом случае в различных смыслах. «Зрелым» называется то лицо, способное к деторождению, то лицо, у которого завершилось развитие половой жизни. Что это не одно и то же, можно легко видеть хотя бы из примера тринадцатилетней девочки, у которой наблюдалась менструация: она способна к деторождению, но, конечно, ее половое развитие не закончено. Не менее велика путаница при употреблении слова «зрелость». Один понимает под зрелостью момент наступления способности к деторождению и таким моментом считает первую поллюцию (истечение семени) у мужчины. Заметим мимоходом, что при этом смешивается способность к деторождению со способностью к половым сношениям, так как вначале семенные выделения не содержат большей частью семенных нитей. Даже оставляя в стороне это смешение, увидим, как различно понимается понятие «зрелость». Другой называет зрелостью момент завершения полового развития, третий – промежуток между этими двумя моментами (т. е. первой поллюцией и завершением развития), четвертый – время, в течение которого сохраняется способность к деторождению, и, наконец, пятый – всю жизнь по окончании полового развитая. Я буду называть зрелостью время с завершения развития до исчезновения половой жизни. Период, в продолжение которого зрелость развивается, я обозначу, как период полового развития, и соответственно этому буду говорить о начале и конце этого развития. Что касается развития зрелости, то я желаю тут подчеркнуть, что оно совершается постепенно и, как увидим, начинается гораздо раньше, чем обыкновенно полагать. Если Ribbing [1] принимает для девушки двухлетний промежуток от первого периода развития до момента способности к браку, то это приблизительно верно, если мы будем обращать внимание на менструацию. Если же мы будем считать промежуток с начала созревания, то он будет больше двух лет, так как первые признаки созревания замечаются у девушек задолго до менструации, у мальчиков – задолго до выделения семени. Существует много симптомов зрелости, частью психического, частью соматического (физического) характера. Отдельные симптомы могут явиться у здоровых детей, как я покажу, уже в возрасте 7 или 8 лет, остальные являются лишь в ближайшие годы, и тогда только половое развитие закончено.
<...>
Какими методами обладаем мы для изучения половой жизни ребёнка? Следует рассмотреть следующие три различных метода: наблюдения над жизнью ребёнка, опыт и сообщения самого индивида. Среди последних следует отличать те, которые черпаются из воспоминаний, от тех, которые делаются самим ребёнком. Оба вида сообщений не дают, однако, полной картины. Ребенок часто не в состоянии сообщать свои переживания; сюда относятся первые годы жизни. Когда ребёнок уже может давать показания, чувство стыда мешает им быть правдивыми. Что касается воспоминаний взрослого, то этот метод во многих случаях ничего не может дать, так как события, пережитые давно, не сохраняются в памяти. Поскольку воспоминание сохраняется, оно является источником значительных ошибок; значение одной из них я понял из автобиографий людей с извращенным половым чувством. Надолго сохраняется в памяти лишь то, что возбуждает интерес. При этом играет роль не только тот интерес, который имел место при самом событии, но и тот, который связан с воспоминанием.
Очень легко забываются те события детства, которые были безразличны при их переживании или сделались таковыми впоследствии. Гомосексуальная женщина переживала ребёнком половые влечения как к мальчикам, так и к девочкам. Впоследствии, когда гомосексуальность развилась, исчезло воспоминание о влечении к мальчикам, осталась лишь память о гомосексуальных влечениях. Поэтому очень часто гомосексуальная женщина – то же относится к гомосексуальному мужчине – отрицает существование у нее когда-либо влечения к другому полу, в то время как, по крайней мере, в целом ряде случаев, усиленное припоминание или показания третьих лиц открывают существование таковых в детстве. Возможность и других ошибок сделалась мне ясной при изучении тех же половых извращенностей. События, не имевшие в детстве никакой сексуальной окраски и связанные с нею лишь впоследствии, очень легко могут окраситься ею при воспоминании. Возьмем гомосексуалиста. Он вспоминает, что любил в детстве садиться на колени к своему дяде, и видит в основе этого желания гомосексуальный мотив. В действительности не было, конечно, ничего подобного. Дядя сажал его к себе на колени и рассказывал при этом красивую сказку. Быть может, он еще качал мальчика и доставлял ему этим удовольствие, в котором не было, конечно, ничего сексуального. В сознании человека, сделавшегося гомосексуалистом, всё это смешалось. Он забывает несексуальные мотивы и уверен, что гомосексуальные наклонности привлекали его в детстве к коленям дяди.
Наблюдения так же не способны доставить нам ясную картину половой жизни ребёнка. Непосредственное наблюдение, без помощи показаний, мало что может дать. С того момента, когда ребёнок получает какое бы то ни было, хотя бы смутное представление о природе переживаемых им событий, он изо всех сил старается скрыть их, так что часто лишь исключительные обстоятельства их обнаруживают. Однако, мы можем иногда и путем наблюдений узнать кое-что важное, как в том случае, когда ребёнок не замечает, что мы его наблюдаем, так и в том, когда он не знает природы переживаемого им и тем меньше его скрывает.
Что касается третьего метода, – эксперимента, – то как таковой может рассматриваться кастрация. Мне нечего распространяться о несовершенстве этого метода, уже не говоря о том, что нам почти ничего не известно из области кастрации детей женского пола.
Как видим, все методы исследования, не доставляя нам полного знания, являются вместе с тем источниками ошибок. Поэтому мы постараемся каждый из них дополнить другим, чтобы прийти к возможно более безошибочным результатам. При этом обнаружится, что сексуальные явления выступают в детстве гораздо чаще, чем обыкновенно полагают. Они столь часты, что не могут ускользнуть от внимания врача или воспитателя, который ими интересуется, предполагая, конечно, что он пользуется достаточным доверием родителей. Последние часто давно уже сами заметили эти явления, но ложный стыд не дает им рассказать об этом врачу. Они боятся возбудить мысль о духовном дефекте, моральном недостатке своего ребёнка или о вырождении всей семьи. Сюда прибавляется самообман родителей, охотно уговаривающих себя, что дело не так серьезно и само собой исчезнет.
После этих предварительных слов я хочу сделать по поводу своей темы некоторые исторические замечания.
Случайные заметки о половой жизни ребёнка встречаются уже в старейшей научной литературе. Более общим сделался интерес к этому вопросу во второй половине XVIII и начале XIX века. Два произведения, почти одновременно появившиеся, возбудили внимание врачей и педагогов. Одним из них был «Эмиль» Руссо. Он указывает, как следует относиться к пробуждению половой жизни и как по возможности отдалять момент этого пробуждения. Вторым произведением была известная книга Tissot'а, который рисует опасности онанизма, причем обращает внимание главным образом на человека после наступления половой зрелости. Однако, благодаря этой книге, и половая жизнь ребёнка обратила на себя большое внимание. Отдельные книги об онанизме, появившиеся раньше, как книга Sarganeck'а, не возбудили столь продолжительного интереса к этому вопросу. Но книги Руссо и Tissot'а побудили целый ряд врачей и педагогов заняться им. Многие предались изучению сексуальной жизни ребёнка, с целью предотвращения опасностей половой жизни. В последнее время появилась хорошая историко-критическая работа Thalhofer'а [2] об этом движении. Из педагогов, участвовавших в нем, назову Basedow'a, Salzmann'a Campe, Nimeyer'a. Если современный интерес к изучению сексуальных явлений объясняется желанием предотвратить половые болезни, то иначе обстояло дело в те времена мало знакомые с этими болезнями. Тогда главная задача состояла в предотвращении онанизма и других половых эксцессов с их непосредственным влиянием на организм, задача, которая, наряду с предотвращением половых болезней, занимает и современную научную мысль. Само собой понятно, что работы тогдашних педагогов касались и половой жизни ребёнка. Даже в тех редких случаях, когда ребёнку сообщали какие-либо сведения относительно половой жизни, руководились не столько его собственными переживаниями, сколько наблюдениями над половой жизнью взрослого. То же относится к работам врачей, которые, как Hufeland в своей Макробиотике по примеру Tissot, говорили об опасностях онанизма.
Тут же я упомяну о некоторых медицинских исследованиях, касающихся развития половой зрелости, напр. «La Puberte» Marro, которая появилась в 1876 г., далее Bacque «La Puberte» (Argenteuil 1876) и некоторые другие. Тот же вопрос рассматривается и новыми работами по онанизму.
Независимо от этих новых специальных исследований, мы находим касающиеся нашей темы замечания в старой и новой медицинской и антропологической литературе. Это особенно относится к случаям, когда уже в раннем детстве являются внимание признаки половой зрелости. Описывается то случай менструации у четырехлетней девочки, то трехлетний мальчик с симптомами зрелости. Старые чисто-психологические исследовании тоже затрагивают хотя и в виде исключения, вопросы половой жизни ребёнка. Всякий, знающий, какой высокой ступени развития достигла к тому времени (около 1800 г.) опытная психология, не удивится этому. Я назову Ramdohrs'a «Venus Urania», психологию любви, подчеркивающую любовные чувства детей.
Касающаяся нашей темы сведения мы находим и в произведениях из области истории культуры. Я упомяну рыцарский любовный кодекс, пользовавшийся в средние века громадным уважением и сложившийся якобы при дворе короля Артура. Параграф 6-й этого кодекса гласит: лишь взрослый мужчина может предаваться любви. Как полагает Rudeck [3] (3), у которого я беру эту цитату, этим напоминанием хотели предостеречь детей знатных лиц от гибельных для них шагов. Известно, что любовные похождения слишком молодых людей давали повод к подобным постановлениям. Тут же назовем и некоторые брачные законы, как те, которые санкционируют браки детей, так и те, которые их запрещают. Эти браки, которые, как говорят, и поныне еще сохранились у индусов, были когда-то известны многим странам.
Сюда относятся и работы по проституции. Уже Parent-Duchatelet упоминает в своем большом труде о проституции двенадцати и даже 10-летних проституток.
Как я позже покажу, в некоторых случаях эта ранняя проституция связана с собственной половой жизнью ребёнка. Также дают материал многие этнологические работы, рисующие раннее пробуждение половой жизни у разных народов.
<...>
Далее следует указать, что в автобиографиях и жизнеописаниях знаменитых людей мы часто встречаемся с преждевременными любовными переживаниями. Гете рассказывает в «Wahrheit und Dichtung», что он десятилетним мальчиком влюбился в француженку, сестру своего друга. Биограф Альфреда де-Мюссе, брат его Поль де-Мюссе, передает, что Альфред четырех лет страстно любил свою кузину. Данте любил на девятом году жизни, Канова даже на пятом, а Альфиери – на десятом. Известна также любовь 8-летнего Байрона к Магу Duff. Мёбиус 10-ти лет влюбился в молодую женщину. Как рассказывают, Наполеон девяти лет влюбился в 30-ти летнюю кузину своего отца, когда она пришла к ним в гости, и страстно выражал свою нежность по отношению к ней. Из более раннего времени назову Felix'a Platter'a, знаменитого швейцарского врача XVI века, рассказывающего в своем жизнеописании, что он ребёнком охотно давал себя целовать одной молодой женщине. В «воспоминаниях дурака» Флобер рисует картину развития чувства любви.
«Как много любви в жизни людей. Четырех лет любят лошадей, солнце, цветы, блестящее оружие, мундиры; десяти – девочку, с которой играют, тринадцати – взрослую женщину с полной шеей. Когда я увидел в первый раз обнаженные груди женщины, я чуть не упал без чувств. Наконец, четырнадцати или пятнадцати лет любят молодую девушку, с которой встречаются, любят не многим больше сестры и меньше возлюбленной; затем в 16 лет любят другую девушку, на которой и женятся».
Прелестно описывает Hebbel свою пробудившуюся в четырехлетнем возрасте первую любовь.
«В душной школе Сусанны я познал и любовь, познал в тот самый час, когда я в нее вступил, т. е. четырех лет. Первая любовь! Кто не рассмеется, прочтя это, кто не вспомнить, какую-нибудь Аннушку или Гретхен, которая никогда казалась ему украшенной звездной короной и одетой в небесную лазурь и золото утренних лучей, а теперь, – но было бы слишком грубо рисовать противоположную картину! Но кто вместе с тем не скажет себе, что он тогда мчался в быстром полете мимо каждого душистого цветка, выросшего в саду жизни, промчался слишком быстро, чтобы опьянять, но достаточно медленно, чтобы вдохнуть чудный аромат!.. Прошло несколько времени, пока я посмел взглянуть, ибо я чувствовал, что меня оглядывают, и смущался этим. Первый взгляд мой упал на тонкую бледную девушку, сидевшую против меня; то была Эмипия, дочь приходского писаря. Страстная дрожь пронизала меня, кровь прилила к сердцу, но вместе с тем и чувство стыда охватило меня, и я опустил глаза к земле, как бы избегая греха. С тех пор образ Эмилии не покидал меня, столь ненавистная раньше школа сделалась любимым местом моего пребывания, так как лишь там я ее встречал. Воскресенье и праздничные дни, отрывавшие ее от меня, стали мне настолько же ненавистны, насколько раньше были желанны, я бывал несчастен, когда она не приходила. Ее образ стоял передо мной, где бы я ни быль; оставаясь наедине, я не уставал повторять тихо ее имя. Особенно ее черные брови и красные губы были всегда перед моими глазами; наоборот, ее голос, как я припоминаю, не произвел на меня никакого впечатления, хотя впоследствии голос играл в моих глазах решающую роль».
Беллетристика также затронула любовные чувства детей. Самый, быть может, трогательный пример этого рода, в котором очень мало выступает эротический элемент, указан Groos'ом, именно в «Ромео и Юлия» Gottfried Keller'a.
«Усталая девочка, прилегши на зеленую траву, однообразно напевала одни и те же слова, мальчик сел подле и подпевал; он готов был каждую минуту свалиться от усталости на землю и растянуться. Солнце обливало светом раскрытый рот поющей девочки, ее блестящие зубки и пурпурные уста. Мальчик увидел зубы девочки и, держа ее за голову и жадно рассматривая их воскликнул: «скажи, сколько у тебя зубов?» Девочка, как бы желая сосчитать их, секунду подумала и на удачу ответила: «сто». «нет, тридцать два!» вскричал он: «я тебе их сейчас сосчитаю». Мальчик принялся за дело, но так как тридцати двух не получилось, то счет начинался сызнова. Девочка долго молчала, но счету не предвиделось конца, и она наконец, не вытерпев, вскочила на ноги, говоря: «Теперь мне хочется сосчитать твои!». Мальчик лег на траву, девочка примостилась над ним, охватила его голову и считала: один, два, семь, пять, два, один… она еще не умела считать. Мальчик поправлял ее и давал указания, и эта бесконечная игра забавляла их больше всего. Наконец, усталая головка девочки упала на маленького счетчика, и дети заснули в потоке полуденных лучей».
Эротическая литература также дает картины, относящиеся к нашей теме, напр. «Сатирикон» Петрония, в особенности порнографическая литература. Укажу, напр.; на «Anti-Iustine» Retif de-la Bretonne.
Часто изображаются кровосмесительные половые сношения детей с родителями и другими родственниками.
Если сказанное до сих пор могло у кого-либо возбудить мысль о богатстве литературы по вопросам половой жизни ребёнка, то следует отметить, что эти важные вопросы трактуются всюду лишь мимоходом и отрывочно, и не нашли еще полного освещения и подробного изложения. С полным правом писал Freud, что они даже игнорировались почти всеми сочинениями о детской психологии.
Занявшись исследованием полового влечения, заметим в нем два совершенно различных явления: во-первых, процессы в половых органах, частью остающееся неосознанными, частью доходящее до сознания путем общих ощущений, осязания и т. п.; во-вторых, психические переживания, влекущие мужчину к женщине и женщину к мужчине. В нормальной половой жизни обе группы явлений выступают вместе, но они могут быть разграничены анализом, а в некоторых случаях даже наблюдаются в отдельности. Я уже давно пользуюсь при анализе полового влечения этим разделением, причем я отношу чувство, связанное с процессами в половых органах к детумесценции [9], влечение же к телесному или духовному сближение с другим лицом – к контректации [10]. Хорошо усвоив себе это различие, мы рассмотрим случаи, в которых упомянутые явления отделены друг от друга. Иногда можно наблюдать одно только явление детумесценции. У некоторых идиотов онанизм является чисто физическим актом; он вызывается у них ощущениями, исходящими из половых органов, также непроизвольно, как зуд кожи вызывает чесание раздраженных мест. Они онанируют, не имея никакого представления о другом лице и не чувствуя потребности половых сношений с ним.
<...>
В некоторых случаях может наблюдаться второе чувство, входящее в состав половой контректации, не сопровождаемое детумесценцией. Иногда мальчик, задолго до видимого наступления зрелости, чувствует потребность касаться лица женского пола и целовать его, думает о нем, но не имеет представления о половом акте. Он даже может удивиться, заметив отражение своих представлений в половых органах в виде эрекции или даже эрекции с эякуляцией, напр., когда он сильно прижимается к девушке. У нормального и зрелого мужчины чувство детумесценции и контректация выступают вместе, и поэтому прикосновение женщины рождает в нем стремление к совокуплению. Во всяком случай мы думаем, что и половое чувство нормального взрослого мужчины может быть теоретически разложено на два отдельных, составляющих его.




То, что должно быть сказано, должно быть сказано ясно. Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1514
Зарегистрирован: 26.03.18
Откуда: Deutschland
Рейтинг: 4
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.11.21 02:35. Заголовок: Глава IV. Симптомато..


Глава IV. Симптоматология
Эрекция у детей. Эякуляция. Сладострастие. Недифференцированное половое влечение. Явления конкректации. Объекты влечения. Внешние проявления. Ревность. Любовные письма и стихотворения. Желание нравится. Чувство стыдливости. Продолжительность детской любви. Взаимоотношения между явлениями детумесценции и конкректации. Онанизм. Сладострастие. Способы искуственного раздражения половых органов. Раздражимые зоны. Онанизм у мальчиков и у девочек. Эякуляция из-за чувства страха. Поллюции. Мемуары M-me Ролан. Индивидуальные различия. Пример из мира животных. Кастрация. Значение зародышевых желез. Половое созревание. Скрытые сексуальные явления.
На основании выводов предыдущей главы мы можем установить, что половая жизнь существует уже в детстве, так как вторичные признаки и отмеченные особенности характера находятся в зависимости от пола. Переходя к систематическому рассмотрению проявлений половой жизни, мы должны начать с половых органов.
Эрекции наблюдаются не только у детей, но даже у грудного ребёнка и обусловливаются внешними, в особенности патологическими раздражениями, как напр., сужением крайней плоти или воспалительными процессами на члене. Часто причиной эрекции у детей, как и у взрослых, может служить наполнение мочевого пузыря. Если в этих случаях эрекция и не обусловливается сексуальными переживаниями, то, тем не менее, она не лишена значения для половой жизни. Ощущения в половых органах, явившиеся следствием патологических раздражений, усиливаются эрекцией, и внимание ребёнка еще в большей степени направляется на половые органы. Даже в тех случаях, когда вышеназванные раздражения не ведут к эрекции, они вызывают прикосновения ребёнка к половым органам. С такой же легкостью приучается ребёнок чесать свои органы, как и другие части тела, в случае появления сыпи или раздражения иного свойства Pfiuger и Preyver [24] пришли в своих исследованиях к выводу, что уже спустя несколько месяцев после рождения у ребёнка наблюдаются несомненные рефлективные движения в тех случаях, когда он старается успокоить чесанием раздраженные места кожи. Таким образом раздражение. явившееся следствием чесания половых органов, часто приводит ребёнка к онанизму; причем ребёнок может действовать не только руками, но и ногами или трением ног друг о друга, что иногда имеет место при сидячем положении. Причиной эрекции не всегда служат внешние раздражения; здесь возможны и другие, а именно органические, обусловленные развитием половых органов, особенно яичек (тестикул). Подобные раздражения, обусловленные явлениями роста, могут вызвать прикосновения ребёнка к члену, т. е. онанистические манипуляции, причем не всегда следствием их является эрекция. Вернее всего, что онанизм подобного рода в первые годы детства наблюдается главным образом, быть может, даже исключительно, у болезненно предрасположенных детей.
Вышеуказанные явления (воспалительные процессы на наружных половых органах, явления роста яичек) могут, не доходя до сознания ребёнка, подать повод к онанистическим манипуляциям. Подобно тому, как лягушка, у которой удален мозг, трет раздражаемую кислотой заднюю лапку о другую, так и ребёнок, сам того не сознавая, растирает раздраженные места кожи, в особенности наружные половые органы. Это явление может иметь место даже в том случае, если ему не предшествует эрекция. Мальчик очень рано привыкает успокаивать расчесыванием раздраженную кожу, и столь же рано научается вызывать искусственным раздражением ощущения, связанные с чувством удовольствия. Так же обстоят дела у маленьких девочек, у которых раздражения обусловленные как патологическими явлениями, так и явлениями роста, как, напр. накожная сыпь, вызывают подобные же ощущения в половых органах, посредством прикосновения.
В противоположность вышеприведенным случаям, в которых ребёнок сам приучается к искусственному раздражению половых органов, следует указать на такие, где играет большую роль развращение со стороны других. Часто кормилицы или няньки гладят и щекочут наружные половые органы детей, мальчиков и девочек, с целью их успокоения или для собственного удовольствия. Благодаря этому, ребёнок, особенно склонный к повторению и подражанию постепенно приучается касаться половых органов, т. е. онанировать.
Я уже говорил как о всевозможных механических раздражениях половых органов, так и об эрекции [25] у мальчиков. Теперь перейду к эякуляции. При нормальном совокуплении взрослых мужчины и женщины имеет место у обоих истечение жидкости. Подобное явление, по общепринятому мнению, невозможно у детей. Первое истечение семени у мальчика знаменует уже окончание детства. Однако, вопрос не так прост, как предполагают. Мы уже видели, что главной составной частью семени является выделения яичек, которое, как указывает Filrbringer, состоит почти исключительно из семенных нитей.

Как же обстоит дело у ребёнка? Семенные нити [сперматозоиды] могут являться в самые различные возрасты. По исследованиям Мантегацца [26], они навряд ли вырабатываются раньше 18-го года. Fürbinger присоединяется к этому мнению, однако, не безусловно; он сообщил мне в частной беседе случаи, когда семенные нити отсутствовали в выделениях 15-16-летних мальчиков, но наблюдались у 12-18 летних. Я, на основе собственных наблюдений, могу подтвердить, что нити [сперматозоиды] часто отсутствуют у 16-летних мальчиков. Многие наблюдения убеждают нас в существовании больших индивидуальных различий. Hofmann [27] приводит некоторый относящийся сюда материал. Он подвергает сомнению опубликованный Klose'oм случай, в котором женщина забеременела от 9-летнего мальчика; но ему известен такой случай про 14-летнего мальчика. Hofmann принимает, что способность к детопроизводству наступает у мальчика тем раньше, чем дальше пошло вперед его общее развитие, (телосложение, свойственное мужчине, большой член и т. д.). Однако, это правило допускает исключения. Так, при вскрытии тела 14-летного мальчика с совершенно детским телосложением в яичках и семенных канальцах были найдены развитые семенные нити. Из двух 15-летних мальчиков с развитыми половыми органами у одного было найдено множество семенных нитей[сперматозоидов], у другого они отсутствовали. Они были найдены у двух 15-летних мальчиков, половые органы которых были еще лишены волос, но отсутствовали у 18-летного юноши. Подобные же колебания были указаны Haberda'ом. Так напр., он не нашел нитей[сперматозоидов] у двух мальчиков 15–17 лет, хотя их органы были уже покрыты волосами, но нашел их у мальчика 13¼ лет, у которого лобковые волосы уже выросли. Haberda полагает, что появление семенных нитей [сперматозоидов] совпадает с появлением остальных знаков зрелости. Два исследователя, один – берлинский, другой – парижский, единодушно признали, что минимальной границей для появления нитей (сперматозоида) является возраст в 13½ лет. Несмотря на существование больших колебаний мы можем в общем признать, что в наших странах семенные нити у детей не вырабатываются.
Теперь мы должны поставить вопрос, не может ли однако, у детей, при отсутствии у них семенных нитей [сперматозоидов] иметь место эякуляция, не содержащая этих нитей; на этот вопрос следует ответить безусловно утвердительно. Мы видели, что с выделением яичек (т. е. семенными нитями) смешаны выделения других желез (предстательной, желез семенных каналов и пузырьков, Куперовых, Littre); несомненно, что эти железы начинают выделять в различное время, и часть их выделяет еще до того времени, когда в яичках появляются семенные нити. Поэтому с полным правом можно принять, что способность к половым сношениям (к совокуплению) наступает раньше способности к деторождению, что было известно еще Zacchias'y [28]: «Qual enim hanc iuventutem vol praecedunt aetates, vel sequuntur aut plane semen non effundunt aut certe infoecundum aut male foecundum effundunt» [29]. Strassmann [30] считает нижней границей для способности к деторождению – полных 15 лет, для способности к совокуплению – полных 13. В целом ряде случаев я находил пятна на ночных рубашках детей или получал другим способом выделенную жидкость; исследование её не обнаружило семенных нитей[сперматозоидов]. Как-то я нашел жидкость в рубашке 7-летного мальчика; я думал, что её выделение было вызвано онанистически воспалительным раздражением мочеиспускательного канала. Но мои позднейшие исследования, в связи с наблюдениями других ученых, убедили меня в том, что даже в нашем климате истечение жидкости у детей может быть вызвано, по крайней мере, к концу второго периода детства, не только воспалительными раздражениями. У 12-летних мальчиков в целом ряде случаев наблюдалось истечение жидкости. Один случай, касающийся 10-летнего мальчика, был передан мне известнейшим педагогом: мальчик перелезал через забор и, скатившись, почувствовал первое истечение семени. Таким образом он после этого случая много раз онанировал [31].
Поставим себе вопрос, что входит в состав выделенной жидкости, не содержащей семенных нитей. Хотя нити составляют у взрослого важнейшую часть выделения яичек, но, быть может, последние выделяют какой-нибудь не дифференцированный секрет еще до выделения нитей. Далее следует обратить внимание на вышеназванные железы, выделения которых входят в состав семени. Мы не знаем ничего достоверного о времени, когда начинают выделять железы семенных каналов. Выделения Куперовых желез наблюдаются, как показал Henle [32], с первых недель жизни ребёнка. По его мнению, они постоянно выделяют секрет, который задерживается в проходах и лишь вперемешку выходит с мочой. Поэтому он не причисляет Куперовы железы к половым. Однако, дальнейшие исследования показывают, что секрет этих желез входит в состав семени, как и секрет желез Littre, которые также начинают выделять, быть может, задолго до яичек. Семенные пузырьки тоже, несомненно, могут выделять до появления семенных нитей. Что касается предстательной железы, то, как принимают, она выделяет лишь с наступления половой зрелости или несколько позднее. По сопоставленным Frisch'oм данным, эта железа, сравнительно незначительная в детстве, быстро растет ко времени наступления зрелости. Лишь после этого она достигает полного развития, и то лишь после полного образования яичек, как показывают исследования Englisch'a, основанные на 1282 наблюдениях. Во всяком случае, мы можем, на основании известного до сих пор материала, принять, что выделения предстательной железы начинаются сравнительно поздно. С другой стороны, из изложенного вытекает, что некоторые железы, выделения которых входят в состав семени взрослого, выделяют еще до появления семенных нитей и доставляют продукт, неспособный, конечно, к оплодотворению.
Жидкость, рассмотренная до сих пор, может выступать двояким образом: в форме эякуляции, производимой ритмическими выбрасывающими движениями мускулов, либо в наблюдаемой у взрослого форме Urethrorrhoea ex libidine, о которой я говорил раньше. Я не имею никаких доказательств выступления у ребёнка Urethrorrhoea ex libidine, но существование эякуляции у них несомненно. Я наблюдал в некоторых случаях эякуляцию даже у 12-летних мальчиков, причем семя было, конечно, свободно от семенных нитей[сперматозоидов]; следует прибавить, что такие случаи являются лишь редким исключением. Что касается женщины, то к Бартолиновым железам можно применить всё то, что сказано по отношению к Куперовым, которым они соответствуют по своему значению и развитию. Они выделяют у незрелых девушек, даже у детей. Прибавлю, что, быть может, при эякуляции незрелой девушки имеются налицо и выделения других желез (слизистые железы матки, маточной шейки, влагалища, больших срамных губ и, возможно, даже мочеиспускательного канала).

Я различаю простое истечение жидкости от её выбрасывания, эякуляции. Для последней требуется ритмическая деятельность известных мускулов, как, напр., при совокуплении. Является вопрос, может ли эта деятельность мускулов иметь место, если нет еще жидкости, способной быть выброшенной. Сопоставляя сказанное по этому вопросу в литературе с тем, что я сам видел и наблюдал, я прихожу к следующим выводам. В отдельных случаях, и при том у детей как мужского пола, так и женского, наблюдаются ритмические специфические сокращения мускулов, хотя жидкость при этом не выступает. Остается только спорным, не происходит ли при этом какое-либо выделение, незамеченное наблюдателем или вообще незаметное. Я считаю такое явление вероятным. Не следует упускать из виду, что ритмические сокращения мускулов, вызывающие у взрослого эякуляцию, в состоянии выбросить из мочеиспускательного канала жидкость лишь при достаточном количестве её; незначительное количество жидкости задерживается трением о стенки канала, остается незамеченным и выступает, быть может, лишь при ближайшем выделении мочи. Если под словом «эякуляция» мы будем понимать только толчок, то описанный процесс вполне может быть назван эякуляцией.
Наблюдается ли у детей чувство сладострастия? Дать полный ответ на этот вопрос крайне затруднительно, так как возможность ошибок, указанных в начале книги, очень велика при изучении этого чувства, в особенности у маленьких детей. Во всяком случае, мы можем сказать следующее. Несомненно, что в детстве, и даже в первый период его, переживается чувство, напоминающее чувство сладострастия у взрослого. Однако требуется большая осторожность при констатировании этого чувства в каждом данном случае; некоторые движения грудного ребёнка и других маленьких детей, напоминающие собой раскачивание, часто приводятся, как доказательство существования у ребёнка онанистических явлений и сладострастия. Я с этим не могу согласиться. Подобные явления могут служить выражением общего чувства удовольствия, испытываемого ребёнком, не имеют никакого отношения к половой жизни и чувству сладострастия. Конечно, и это чувство наблюдается у детей; быть может, даже у грудных. Когда ребёнок, широко раскрыв влажные глаза, лежит, обнаруживая все признаки полового возбуждения, наблюдаемые у взрослого, то мы вправе предполагать существование у него чувства сладострастия. Но даже в подобных случаях, по крайней мере у детей младшего возраста, отсутствует обыкновенно тот сильный приступ сладострастия (оргазм), который является у взрослого в момент истечения семени. Правда, мне передавали, что подобный приступ наблюдался в некоторых случаях у грудных детей и еще чаще у детей более старшего возраста, напр., 7 или 8 лет. Я, однако, полагаю, что этот приступ встречается у детей гораздо реже, чем равномерное чувство сладострастия, вызываемое прикосновениями или другими раздражениями периферических половых органов, в особенности члена и его головки, клитора и малых срамных губ. Чем старше ребёнок, тем чаще переживает он сильный приступ сладострастия; последний встречается в нашем климате сравнительно часто уже в последние годы второго периода детства; он продолжается меньше времени, чем у взрослого, но отличается теми же чертами. Этот приступ совпадает с теми ритмическими сокращениями мускулов, о которых я уже говорил. Быть может, как я уже упомянул, в этих случаях имеет место и эякуляция железистых выделений, хотя бы последние, по причине своего значительного количества, и не выступили наружу. Однако, это явление остается еще под сомнением. Твердо установленным является то, что равномерное чувство сладострастия и даже сильные приступы его встречаются в таком возрасте, когда никакое выделение не выступает еще и потому не может быть обнаружено. В отдельных, патологических случаях, когда, напр., онанизмом достигнуто чрезмерное раздражение, сильный приступ сладострастия сопровождается чувством боли. Но в общем этот приступ сопровождается у ребёнка, как у взрослого, исчезновением полового возбуждения и чувством удовлетворения. Во всяком случать, мы должны считать доказанным что приступ сладострастия (оргазм и связанное с ним чувство удовлетворения) является у лиц как мужского, так и женского пола, гораздо позже, чем эрекция и равномерное чувство сладострастия, испытываемое в половых органах.
Ниже я поговорю подробнее об одном существенном различии между чувством сладострастия у ребёнка и у взрослого. Мы можем считать доказанным, что эрекция имеет место много лет до окончания второго периода детства, нередко в начале его и даже раньше. Она может очень рано сопровождаться равномерным чувством удовольствия, подобным тому, какое вызывается щекотанием. Лишь позже является эякуляция с сильным приступом сладострастия (оргазмом). Сказанное относится прежде всего к мальчикам, но приблизительно таковы же эти явления у девочек. Однако, мы должны быть в этом отношении крайне осторожны, так как половая жизнь девочки еще более скрыта от нас, чем жизнь мальчика, подобно тому, как половая жизнь женщины известна в меньшей степени, чем половая жизнь мужчины.
Сказанное до сих пор касается периферических половых органов и относится к явлениям детумесценции. Рассмотрим теперь вторую группу сексуальных явлений, явления контректации, значение которых в детстве, пожалуй, еще больше. Однако, прежде всего я желаю, но примеру Max Dessoir'a [33], сказать несколько слов о стадиях полового влечения, поскольку они касаются явлений контректации. Мы различаем три стадии. Первая нейтральная – это раннее детство, когда не замечается никаких явлений контректации, когда дитя ни к кому не привязано настолько, чтоб мы могли предполагать какие-либо психосексуальные явления. Далее является крайне важная стадия недифференцированности полового влечения, на которую обратил внимание Max Dessoir. Как указывает название этой стадии, направление полового чувства еще недостаточно определилось. Влечение колеблется в ту и другую сторону и зависит от случайной близости объекта. Эта стадия недифференцированности до того важна, что незнакомство с ней при изучении половых извращенностей приводило к большим ошибкам. Может случиться, что совершенно нормальный ребёнок обнаруживает в этот период гомосексуальные влечения, значение которых легко преувеличивается домашними и окружающими. Мальчик, впоследствии совершенно нормальный, может любить своего учителя или друга; женщина, сильно любящая своего мужа, могла в этот период питать страсть к учительнице или подруге по пансиону. Но в этот же период мальчик может чувствовать влечение к женщине, к гувернантке или подруге сестры, так же как и девушка – к мальчику или юноше. Будет ли то влечение гомосексуальным или гетеросексуальным, и в том и в другом случае оно часто ведет за собой телесные акты, прикосновение к любимому лицу, объятия, поцелуи, но может не сопровождаться какими-либо явлениями в наружных половых органах. Затем наступает третья стадия дифференцированного чувства контректации; в эту стадию у нормальных лиц прорываются гетеросексуальные влечения. Эта стадия продолжается, при нормальных условиях, до исчезновения полового чувства. Я не думаю, чтобы все люди переживали стадии недифференцированности. Но для меня не подлежит сомнению, что она переживается чаще, чем думают, и при том лицами, впоследствии совершенно нормальными. Эта стадия сопровождается не только гомосексуализмом, но и другими явлениями извращенности. Явления мазохизма, садизма, фетишизма, выступают в пестром многообразии, и не так редки даже сексуальные влечения к животным. Это обыкновенно – животные, окружающие ребёнка: собака, кошка, птица, лошадь и т. п. С недифференцированным половым влечением могут связываться самые дикие представления: напр., может явиться желание прикоснуться к слюне или другим извержениям любимого существа, человека или животного, или даже взять их в рот. Тот факт, что все эти явления впоследствии совершенно забываются, имеет свое основание. Отсылаю читателя к сказанному на 4-й странице.

Особое обстоятельство придает стадии недифференцированности большое значение. Часто в работах по патологии полового чувства указывается, что в том или другом случай половые извращенности нужно считать врожденными, так как они имеют место уже в детстве. Однако, как мы видели, раннее появление «извращенности» еще не доказывает её врожденности, так как в период недифференцированности направление чувства контректации зависит больше от случайностей, чем от врожденных склонностей. Возраст, к которому относится начало стадии недифференцированности, различен. Я знаю случаи когда его можно отнести к 5-летнему возрасту, и возможно, пожалуй, более раннее наступление. В общем эта стадия является позже: нередко у 7–8-летних детей и очень часто у 9–10-летних. Повторяю, не все люди переживают ее. При её отсутствии являются в том же возрасте симптомы дифференцированного полового чувства. Во всяком случай можно твердо установить, путем расспросов у многих мужчин, что они 9–10-ти лет, многие лет 8-ми и даже ранее, уже испытывали влечение к женскому полу; сказанное относится и к женщинам. Продолжительность стадии недифференцированности различна. В отдельных случаях она кончается лишь на 20 году и даже несколько позже, обыкновенно же раньше, приблизительно к 15–17 годам. Во всяком случае «извращенные» явления детства большей частью сами собой исчезают. Позже, рассматривая половые извращенности, мы увидим, при каких условиях эти явления остаются.
Хороший пример недифференцированного полового чувства мы находим в «Вильгельме Мейстере» Гёте. В 12-й главе 2-й книги рассказывается следующее событие ранней юности:
«Старший из этих мальчиков, летами немного постарше меня, сын рыбака, видимо скучая за возней с цветами, позвал меня с собою на реку. Мальчик этот с первого взгляда мне очень понравился, И вот мы направились с ним вместе к реке, которая протекала невдалеке оттуда и была в этом месте уже довольно широка. В тенистом и укромном местечке сели мы с ним рядком с удочками в руках… В то время, как мы там преспокойно сидели с ним рядышком, прислонясь друг к другу, он опять стал по-видимому скучать и указал мне на плоский и песчаный откос, врезавшийся в реку с нашей стороны, причем он объяснил мне, что там самое удобное место для купанья. «Нет! – сказал он наконец, вскакивая, – не могу утерпеть: пойду и выкупаюсь!» И прежде, чем я успел оглянуться, он уже сбежал к воде, разделся и бросился в воду. Так как он отлично умел плавать, то вскоре покинул мелкое место, отдался на волю теченью и подплыл ко мне, – и я почувствовал себя в это мгновение, как то чрезвычайно странно. Около меня скакали в траве кузнечики, ползали муравьи, пестрые жуки копошились в ветвях дерев и золотистые цикады, словно по волшебству какому-то, реяли и носились над водой у самых моих ногь. А тут еще товарищ вытащил откуда то из под корней большого рака и, смеясь, стал мне его показывать, а потом ловко спрятал его на прежнее место, для предстоящего лова. А в воздухе было так тепло и так влажно, так и тянуло с солнцепека в тень, а из тенистой прохлады – в еще прохладную воду. Немудрено же было ему и меня прельстить купаньем. Хотя он и не очень настаивал на том. чтобы я непременно выкупался, но я не мог устоять против его приглашения, и при этом, немного побаиваясь родителей, а еще более опасаясь чуждой мне стихии, я чувствовал себя совершенно особенно взволнованным. Но вот я поспешно разделся на песочке, потом полегоньку спустился в воду, но не пошел далеко, а все держался поближе к отлогому берегу. Товарищ не тревожил меня, а беспрестанно то отплывал, то возвращался ко мне – и когда поднимался из воды, чтобы пообсохнуть на солнце, то мне казалось, что перед глазами моими блистает не одно, а два-три солнца: так поражен я был красотою этого человеческого тела, о котором до того времени не имел ни малейшая понятия. По-видимому и он тоже рассматривал меня с равным вниманием. Быстро одевшись, мы оба, с непокрытыми головами, все еще стояли и смотрели один на другого: нас так и тянуло друг к другу. Наконец мы не вытерпели – и среди самых горячих поцелуев поклялись во взаимной и вечной дружбе». [34]
Groos с полным правом видит в основе изображенное половое влечение. Далее мы видим, как Вильгельм, условившись с мальчиком встретиться вечером в лесу, сходится с молодой девушкой.
«Весенние цветы всех родов пестрели в красиво расположенных клумбах и украшали их края. Моя спутница была белокура, красива, нежна, мы доверчиво шли вместе, держались за руки и ничего лучшего не желали. Вспоминая, после стольких лет, свое тогдашнее состояние, я вижу, что оно достойно зависти. Неожиданно меня охватило предчувствие дружбы и любви. Неохотно прощаясь с девушкой, я утешался возможностью поделиться своими свежими чувствами с молодым другом и встретить в нем живое участие».




То, что должно быть сказано, должно быть сказано ясно. Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1515
Зарегистрирован: 26.03.18
Откуда: Deutschland
Рейтинг: 4
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.11.21 02:36. Заголовок: Следующее описание н..


Следующее описание недифференцированного полового влечения предоставлено мне одним господином для опубликования.
1 случай. X., господин 34 лет, состоит теперь в счастливом браке и имеет несколько здоровых детей. X. – человек совершенно здоровый телом и душою. О периоде недисциплинированности мы находим у него следующие показания:

«Когда мне было 9 лет, еще в деревне, я почувствовал страсть к своему домашнему учителю. Он в общем хорошо, но вместе с тем и строго ко мне относился. Я делал всё, чтобы быть в его близости, и его прикосновение делало меня счастливым. Усилившись, это влечение побуждало меня искать всего того, чего он касался. Пил ли он из стакана, я затем прикладывал к губам то место, которое хранило следы его губ. 10-ти лет я переехал в город и поступил в гимназию. Там почувствовал я любовь к своему соседу-школьнику – деревенскому мальчику. Я желал сделать его своим товарищем не только по играм, но и по занятиям и чувствовал себя удрученным, когда он ходил с другими. Была ли это ревность? Полагаю, что да. Когда товарищ через год оставил гимназию, я был вначале очень несчастен, но вскоре полюбил его сестру, девочку 12 лет.
Я часто приходил в дом моего друга и там познакомился с его сестрой. После его отъезда я заходил к ним, надеясь узнать кой-то о нем и смутно желая почувствовать здесь вновь его близость. Понемногу вырастала любовь к его сестре, и я был счастлив, получив от её родителей приглашение посещать их дом, в особенности по воскресеньям. Совместное пребывание и игры с этой девочкой надолго служили мне источником наслаждений, и я даже вспоминаю, что находил в то время удовольствие в девичьих играх, которых я не любил ни до того времени, ни впоследствии. Тогда же, мальчиком 12-ти лет, почувствовал я влечение к одному крайне строгому из наших учителей. Это чувство не отличалось от прежнего отношения к домашнему учителю, но оно не находило такой удобной обстановки для своего проявления, так как я встречал учителя лишь в школе. Оба влечения: как к девушке, так и к учителю – существовали одновременно. Когда во время вакаций приехал старый мой друг, я с ним мало встречался, так как должен был в это же время поехать к себе домой. Если он не был мне безразличен, то во всяком случае, от прежней страсти к нему не осталось и следа. Любовь же к его сестре и учителю сохранилась; к ней присоединилась любовь к старшей кузине, случайно приехавшей к нам. Вскоре я стал замечать в себе эрекции, особенно тогда, когда вспоминал сестру друга, или когда она случайно и, как я думаю, без всякого сексуального возбуждения касалась меня… Моя любовь к учителю также возбуждала во мне эрекцию. Вскоре я предался онанизму; не помню хорошо, прошло ли это по советам товарищей, с которыми я беседовал об этом вопросе в школе. Мои прежние оба влечения остались; временно полюбил я также одного красивого, женственно-нежного школьного товарища. Лишь достигнув через несколько лет известной зрелости, выразившейся в семенных выделениях, я совершенно потерял влечение к мужчинам. Моя любовь к девушке продолжалась до моего отъезда из того города, когда я, 16-ти лет, поступил в другое учебное заведете. С тех пор я знаю влечение лишь к женщинам».

2 случай. Другую картину недифференцированного полового чувства рисует нам следующий случай. X. 30-ти лет, человек совершенно здоровый. Насколько он помнит, его первые сексуальные переживания связаны с деревней. Он жил в городе, но на вакациях был послан в деревенский пансион, к одному пастору. Он там много предавался играм и хорошо помнит, как страстно привязался к животным.
«Непреодолимое влечение чувствовал я то к козе, то к собаке, иногда и к лошади. Я не замечал никакого возбуждения в половых органах, но, без сомнения, то были сексуальные влечения. Я не только касался животных, но и обнимал и целовал их. Теплота и запах их тел, которого я теперь не выношу, доставляли мне большое удовольствие. После моего отъезда из деревни воспоминания о пережитом остались, но постепенно бледнели. На первый план выступила на долгое время привязанность к школьному товарищу. Мое чувство к нему я могу лишь обозначить словами: бесконечная страстная любовь. Я чувствовал себя несчастным, когда мне приходилось сидеть в школе впереди него. Так как нас рассаживали по заслугам, то мы лишь случайно сидели вместе. Когда нам выпадало сидеть вместе, я нарочно не отвечал на заданные мне вопросы, чтоб уступить ему место впереди себя и этим доставить ему удовольствие. Так продолжалось несколько лет, мы вместе переходили из класса в класс и оставались друзьями. Лишь с началом возмужалости ослабевала эта любовь. На уроках танцев меня особенно заинтересовала одна девочка лет 14-ти. Насколько я помню, моя любовь колебалась между товарищем и ею. Вначале любовь к другу была сильнее, но постепенно свежая, здоровая девочка его вытеснила. Это было лишь мимолетное увлечение, вскоре смененное другими. Но мои увлечения касались лишь девушек; гомосексуализма я не знал. Правда, до 20-го года сохранил я известный интерес к женоподобным лицам. Но и этот интерес позже исчез, и мое половое развитие приняло совершенно здоровое, гетеросексуальное направление.

3 случай. Теперь я опишу недифференцированное половое чувство, пережитое в детстве находящейся теперь замужем 26-летней женщиной. Она с 8 до 15 лет посещала школу для девочек, а затем, позанимавшись немного частным образом, поступила в пансион.
«Я не припомню, чтоб я испытывала в раннем детстве по отношению к своим школьным подругам что-либо другое, кроме чувства дружбы. Мы целовались, но более интимные отношения не имели места. Я не замечала, чтоб я испытывала при поцелуях другое чувство, помимо дружбы, и даже теперь, когда я хорошо знакома с поцелуем, связанным с половым влечением, я не представляю себе, чтобы в моих тогдашних поцелуях был какой либо эротический элемент. Моя дружба с подругами была прервана внезапно ворвавшимся в мою жизнь на 10-м году большим увлечением.
Предметом его явилась одна удивительно красивая артистка, которая приехала в то время в наш город – я жила тогда в небольшом городе – и портреты которой были всюду выставлены; между прочим, впоследствии она считалась весьма посредственной артисткой. Хотя я ни разу не видала её в театральных представлениях, однако, почувствовала к ней сумасбродное влечение. Я старалась, оставаясь незамеченной, встречать ее, искала ее на улицах, главным образом, тогда, когда она отправлялась на репетиции, но цели своей не достигла. Когда артистка уехала, место её заступил учитель, крайне мужественного вида, с большой белокурой бородой; он преподавал у нас литературу, историю и немецкий язык и был идолом всего класса, а также моим. Так продолжалось, пока я оставалась в школе. Когда я, будучи уже в пансионе, подросла, меня однажды отпустили в театр. В тот вечер давали «Фауст» и одна артистка, очень известная и поныне, играла Маргариту и произвела на меня сильнейшее впечатление, Я была счастлива, получив возможность представиться ей и получить несколько строк в альбом на память… В пансионе нам очень редко давали разрешения пойти в театр, тем более, что цены были сравнительно высоки. Но я хорошо помню, что бывала вне себя от радости, отправляясь в театр. Однажды я получила разрешение отправиться на представление, в котором обожаемая мною артистка не принимала участия; но я не пошла, притворившись больною, так как хотела сберечь деньги для другого раза, когда сумею увидеть ее. Это увлечение продолжалось все время моего пребывания в пансионе. После того как я подросла и любивший меня человек предложил мне руку и получил согласие родителей, любовь к артистке начала бледнеть. Могу сказать, что я ее очень ценю и поныне и долго сохраню воспоминание о произведением ею в первый раз впечатлении. Я и теперь поцеловала бы ей руку в благодарность за чудные часы, доставленные ею мне, но от эротического чувства к ней не осталось, я думаю, и следа. Прибавлю, что я, хотя и не страстно, но люблю своего мужа, и в половых сношениях с ним вполне нормальна. Прикосновения к телу артистки или другой женщины были бы теперь, если и не противны мне, то во всяком случай без оттенка полового влечения и действовали бы на меня, скорее отталкивающим образом.»
Пациентка, дававшая эти показания, в половом отношении совершенно нормальна.
Я хочу отметить тут некоторые общие явления, имеющие место при чувстве контректации у детей. Sanford Bell указывает случаи, когда психосексуальные явления наблюдались у двухлетних детей. Но во многих случаях, приведенных им, недостаточно доказана сексуальная основа переживаемых чувств. Во всяком случае, понятно, что, чем старше ребёнок, тем чаще бывают у него половые явления. Хотя они не могут быть резко отграничены от других явлений в жизни ребёнка, однако, по моим наблюдениям, чувство контректации наблюдается даже на 8-м году жизни так часто, что это явление не может считаться не только патологическим, но и исключительным. Чем старше ребёнок, тем больше соединяется у него чувство контректации с детумесценцией. Однако, даже в первые годы юности чувство контректации может не сопровождаться ощущениями, связанными с явлениями в половых органах. Я напомню, что первая любовь большей частью свободна от сексуальных переживаний.
Объекты влечения могут быть самые различные. Часто мальчик чувствуют любовь к девочке своего возраста, часто к девушке, превосходящей его летами. Но, как уже было сказано, мальчик может привязаться к лицу своего же пола, к мальчику или взрослому мужчине. Нередки влечения к учителям, школьным или домашним. Так же обстоит дело у девочек. Они могут привязаться к девочкам же, что необычайно часто имеет место в пансионах. Но объектом любви может явиться друг брата или другой мальчик, часто лицо взрослое, во многих случаях учитель или учительница. Легко возбуждают любовь к себе лица, которые стоят в центре общественного внимания, про которых много говорят и пишут, напр. артист или артистка. Во многих случаях немалую роль играет внешность. Правда, встречаются влечения к лицам, которые не могли бы вызвать его своим наружным видом. Но в общем и целом красота не безразлична для половых переживаний детей. Красивая девочка больше привлекает к себе мальчиков, красивый учитель больше пользуется симпатиями своих учениц, чем уродливый.
Следует отметить некоторые особенности. Женоподобные мальчики или девочки, отличающиеся мальчишеским видом, отталкивают от себя друзей, вызывают насмешки и глумление и едва ли могут явиться объектом эротических влечений. Нередки влечения детей к родителям. Если ребёнок любит мамину постель и охотно в ней укладывается, то часто в основе этого лежат сексуальные переживания. Следует прибавить, что мальчики чаще привязываются к матери, девочки – к отцу. Позже, в главе о диагностике, я отмечу различие между подобными сексуальными влечениями и чувствами симпатии, обнаруживающимися в детской любви. Крайне удивительно, что первые сексуальные влечения сравнительно редко направляются на собственных братьев и сестер. Я, правда, знаю целый ряд исключений, как гетеросексуального, так и гомосексуального характера, но они сравнительно редки. С действительными половыми влечениями и актами не следует смешивать те случаи, в которых братья и сестры из любопытства предаются непристойным разговорам или занятиям. Без сомнения, редкость полового влечения к братьям и сестрам имеет в своей основе глубокие психологические причины. В особенности не следует упускать из виду, как мало возбуждается половое чувство при продолжительной, сравнительно непринужденной совместной жизни. Далее, играют большую роль прививаемые ребёнку с детства взгляды и воззрения. Быть может, некоторые усмотрят в основе этого явления мудрую телеологию [35], имеющую целью устранение кровосмешения. Детям предмет их любви часто является в романтическом освещении; это возможно, конечно, лишь в таком возрасте, когда работа воображения достаточно развита. Тот возраст, когда дети с интересом слушают сказки, является в этом отношении очень важным, так как многие представления, почерпнутые из содержания сказок, переносятся в половую сферу. Романтическое представление любимого человека играет при этом большую роль и имеет место необычайно часто уже в детские годы. Мальчик в период недифференцированного полового чувства предпочитает мальчика из более знатного рода; девочка наделяет любимого ею мальчика всеми атрибутами знатного происхождения и высокого положения. Часто любовь направлена на лицо не конкретное или крайне удаленное и недостижимое. Остается спорным, имеем ли мы в этом случае дело с половой любовью или с другим чувством, заступающим её место. Например, любовь может направиться на какого-либо святого или святую. Если ребёнок любит определенное лицо, то он в своих суждениях об этом лице заблуждается не менее взрослого. Недостатки любимого лица превращаются в его глазах в достоинства или, по крайней мере, всяческим образом извиняются. Мальчик, привязавшийся, не сознавая сам сексуальной основы своего чувства, к заведомо лживой девочке, старается оправдать свое влечение достоинствами девочки. Её лживость представляется ему мудростью, франтовство – опрятностью, её леность объясняется высшими интересами, и мальчик считает свое чувство к ней чисто дружеским, видя его причину в её достоинствах. Иногда сексуальные влечения детей прикрываются педагогическими мотивами. Девочка, чувствующая сексуальное влечение к крайне испорченному мальчику, старается своим отношением благотворно подействовать на его характер и сделать из него дельного, хорошего человека. Она даже уверяет себя, что это желание является единственным мотивом её чувства к нему. Подобное же сплетение сексуального и педагогического моментов часто встречается при гомосексуальных влечениях.




То, что должно быть сказано, должно быть сказано ясно. Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1516
Зарегистрирован: 26.03.18
Откуда: Deutschland
Рейтинг: 4
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.11.21 02:37. Заголовок: Внешние проявления д..


Внешние проявления детской любви крайне многообразны. Ребенок ищет малейшей возможности повидать любимое лицо, побыть с ним, касаться его и целовать. Иногда мальчик принимает участие в общих играх только потому, что там он встречает любимую девочку. Bell говорит, что некоторые игры особенно привлекают детей тем, что в них большую роль играют поцелуи. Поцелуи, как и желание прижаться к любимому человеку и обнимать его, являются главными внешними проявлениями полового влечения. Одна мать, внимательно наблюдавшая за своей 8-летней девочкой, рассказывала мне, как при играх 10-летний мальчик прижимал девочку к себе, дети страстно целовались, и мальчик наивно объяснялся ей в любви: «Ты не знаешь, как сильно я тебя люблю». Нередко дети стесняют своей навязчивостью взрослых, которым крайне трудно защититься от них. Я знаю случаи, когда молодым женщинам и девушкам бесконечно надоедали 8–9-летние мальчики, искавшие возможности касаться их и прижиматься к ним, причем долгое время никто и не подозревал сексуальной основы этих явлений. Вообще желание каких-либо прикосновений к любимому лицу почти всегда сопровождает детскую любовь. Сюда присоединяются и другие внешние проявления: желание смотреть на предмет любви или на его портрет. При борьбе, в которую так часто играют мальчики, также не остается без влияния сексуальный мотив, именно желание тесных соприкосновений с любимым мальчиком. Bell говорит, что подобные игры сильно сближают мальчиков и девочек, как и частые попытки детей поднимать друг друга кверху. При состязаниях выступают и сексуальные мотивы, окрашенные несколько иначе, напр., желание быть побежденным любимым мальчиком, пли выйти самому победителем. При них же наблюдаются мазохизм и садизм, являющиеся в детстве внешним проявлением либо дифференцированного полового чувства, либо развивающейся извращенности.
<...>
оказывает предпочтение кому-либо другому. 10-летняя девочка проводит бессонные ночи, если любимая учительница была слишком нежна к другой ученице. Долгие часы ждет ребёнок у двери любимого человека или поблизости его, чтоб получить в награду один взгляд. В общем я думаю, дети менее ревнуют к взрослым, чем, к детям же.
Очень часто уже в детстве половые переживания возбуждают сексуальную фантазию. Следствием является то, что Hufeland в своей «Макробиотике» [37] назвал духовным онанизмом: появление в фантазии непристойных и сладострастных картин. В некоторых случаях имеет место даже поэтическая обработка какого-либо сексуальная сюжета.
В детской любви мы встречаемся и с любовными письмами. Часто их невинное содержание не заключает в себе ничего сексуального; но в других случаях ясно обнаруживаются чувства детей, хотя бы общий характер.
Письма отличался крайней наивностью. Часто письмо своим характером не точно отражает обычные отношения детей. Я слышал в некоторых случаях, как дети страстно называли друг друга «любимыми», но не употребляли этого выражения в письмах. Иногда, в сравнительно ранние годы, любовь вызывает попытки писать стихи, попытки, конечно, крайне несовершенные.
<...>

В детстве появляется и чувство стыда. Правда, Havelork Ellis, как и некоторые другие ученые, не признает за ребёнком чувства стыда. Но при этом чувство стыда смешивается с застенчивостью. Нельзя признать этот взгляд вполне верным, так как во многих случаях мы уже в детстве встречаем несомненные знаки сексуального чувства стыда, причем я оставляю в стороне вопрос, который я рассмотрю в другом месте этой книги, вопрос о том, что при этом является врожденным, что приобретенным. Во всяком случае, уже в детстве пробуждается путем подражания и воспитания чувство стыда при некоторых явлениях. Мы наблюдаем, что, по крайней мере, во второй период детства многим детям крайне мучительно раздеваться перед другими, в особенности лицами другого пола. Интересны показания многих гомосексуалистов, что они переживали в детстве чувство стыда особенно сильно тогда, когда им приходилось раздеваться в присутствии лиц своего пола, и гораздо слабее, когда при этом присутствовали лица другого пола.
Bell полагает, что девочка, если даже чувство стыда является у неё рано, более агрессивна, чем мальчик. Я однако не замечал существенного различия в этом отношении в детские годы, а с конца второго периода детства, мальчик выступает, без сомнения, как более активная сторона. Можно согласиться с гем, что влюбленная девочка обнаруживает меньше сдержанности, чем взрослая девушка, и лишь постольку замечается между ними различие. 11-летняя девочка, напр. не затруднится послать письмо или назначить свидание любимому мальчику, в то время как взрослая девушка, по крайней мере, получившая соответствующее воспитание, отличается большей пассивностью в этом отношении. Но я никак не могу согласиться с тем, что девочки держатся более свободно, чем мальчики. Не следует упускать из виду, что многие половые различая выступают лишь в более зрелом возрасте. Поэтому, если и можно говорить о слабости чувства стыда у девочек, то лишь сравнительно с позднейшим развитием его у них же, но никак не сравнительно с мальчиками.
<...>
Любовь детей сохраняется иногда долгое время и ведет впоследствии к браку. В больших городах подобные явления встречаются довольно редко, но я знаю целый ряд таких случаев, имевших место в деревне или маленьких городках. Обыкновенно дети вырастают вместе, любят друг друга уже в таком возрасте, когда ни о каких сексуальных переживаниях еще не может быть и речи; позже, когда в детях пробуждается половое чувство, их отношения легко превращаются в половую связь. В отличие от города с его проституцией, в деревне часто имеют место добрачные отношения, а потому понятно, что следствием их часто является брак, которому добрачные отношения гораздо реже препятствуют, чем в большом городе.
В общем детская любовь не отличается большой продолжительностью. Смерть любимого человека или разлука с ним могут, правда, причинить ребёнку большую душевную боль, но сравнительно быстро забываются. Страдание, вызванное ими, легко может смениться новым увлечением. Конечно, в отдельных случаях смерть любимого человека или разлука могут вести к самоубийству ребёнка или тяжелым нервным потрясениям.

* * *

До сих пор я рассматривал явления детумесценции и контректации в отдельности. Что касается их отношении друг к другу, то приходится отметить несколько возможностей. Во-первых, могут иметь место явления одного порядка, в то время как явления другого отсутствуют. Во-вторых, они могут выступать в тесной связи друг с другом. Напр., 13-летний мальчик хочет быть поближе к девушке, целовать ее; прижимаясь к ней, чувствует уже эрекцию и т. д. Пример подобного рода, относящийся к наиболее раннему возрасту, опубликован Féré [39]).
Речь идет о трехлетнем мальчике, который часто играл с своей кузиной приблизительно одного с ним возраста. Особенное удовольствие доставляло детям изображать из себя мужа и жену; эта же игра занимала воображение мальчика во время пребывания его дома. Он постоянно думал о ней и, когда он вечером ложился спать, у него появлялась эрекция, сопровождаемая приятным чувством. В часто повторявшихся сновидениях ему являлась кузина; кроме того, ему во сне казалось, что кто-то спит с ним в его кровати, близко касаясь его. Любовь к кузине сохранялась у мальчика продолжительное время, 17-ти лет он сделал ей предложение, но она предпочла другого.
В-третьих, оба явления могут выступать одновременно, но детумесценция не связана с объектом чувства контректации. Таковы те случаи, когда, с одной стороны, органические ощущения в половых органах приводят мальчика к онанизму, с другой, он любит кого-либо, но представление любимого лица, его присутствие или объятия не вызывают ни подобных ощущений в органах, ни желания полового общения с ним.

Если же оба явления так тесно связаны, что объект контректации возбуждает чувство детумесценции, то следствием их часто являются половые акты, предполагая, конечно, взаимность влечения. Такой характер носят многие половые акты между детьми, таковы же те случаи, когда дети добровольно отдаются взрослым. Из опыта мы знаем, что у детей наблюдаются иногда попытки к совокуплению, сопровождаемые даже эрекцией, но, большей частью, без эякуляции. Приведу один случай из моих наблюдений.
4 случай. X., 21-го года, происходит из здоровой семьи, по крайней мере, не страдает наследственными болезнями. По его словам, его первые сексуальные переживания относятся к 5–6 летнему возрасту, когда он почувствовал влечение к служанке, часто ласкавшей его и прижимавшей к себе. Позже, в возрасте 8–9 лет, он полюбил другую служанку; причем не отсутствовала попытка к совокуплению, сопровождавшаяся чувством сладострастия и эрекцией, но без эякуляции. Так продолжалось долгое время, пока против такого поведения не восстало его религиозное чувство, привитое ему с детства. Мальчиком овладело раскаяние, и он провел время до 19-ти лет в полном целомудрии; он не прибегал к онанизму, не знал половых сношений или сексуальных переживаний другого рода. Но целомудрие не устояло под напором усилившегося полового влечения, и с 19 лет до настоящая времени он предается онанизму по одному, два, три или четыре раза в неделю. Правда, за это время был один перерыв в три месяца, но других перерывов не было. Проститутки действуют на него отталкивающим образом, особенно сильное влечение чувствует он к девушкам, выдающимся в духовном отношении. Желание их объятий и поцелуев, без сомнения, крайне сильно, хотя отсутствует при этом стремление к совокуплению. Он предается онанизму, как чисто физическому акту, т. е. не сопровождаемому представлениями.

Большей частью полное соединение обоих явлений, детумесценции и контректации, обнаруживающееся в стремлении к совокуплению, выступает лишь гораздо позже. Ему обыкновенно предшествует появление чувственного элемента, характеризующего контректацию. Для последней не необходимо духовное влечение к женщине; она может быть вызвана её физическими особенностями. Мальчик, увидев в один прекрасный день обнажённую грудь женщины, может внезапно почувствовать к ней сильнейшее влечение. В известных мне случаях, в которых о развращении мальчика не могло быть и речи, его в очень раннем возрасте возбуждал вид частей женского тела, не вызывая мысли о совокуплении. Так же может действовать на девочку вид мужских атрибутов, в частности половых органов. Во всех этих случаях, характеризующихся чувством контректации, к нему впоследствии присоединяется чувство детумесценции и постепенно с ним сливается. Часто мальчик бывает сам крайне удивлен, когда, прижимаясь к любимой особе, он чувствует эрекцию или даже истечение жидкости. Вначале половое влечение ребёнка отличается большой смутностью, воображение рисует ему самые неопределенные образы, и лишь постепенно чувство страстного томления превращается в стремление к половому соединению.
<...>
Можно предполагать, что явления в половых органах имеют место задолго до своего отражения в сознании, так как они лишь впоследствии принимают характер определенного влечения; в пользу этого мнения говорят многие факты, напр., последствия ранней кастрации.
5-й случай. Следующим примером я хочу иллюстрировать более раннее пробуждение чувства контректации и позднейшее появление детумесценции. X., господин 32-х лет, человек, насколько мне удалось установить, слегка склонный к неврастении, но отнюдь не болезненный.
«Семилетним мальчиком поступил я в частную школу, где нас воспитывали и обучали вместе с девочками. У нас были общие игры, девочки посещали наии дом, и я часто бывал у них в гостях. С одной из них я вместе занимался и очень сильно подружился. 9-ти лет я перешел в школу для мальчиков, но сохранил прежние отношения со своей приятельницей; это облегчалось тем, что наши родители подружились и даже совершали во время вакаций совместные путешествия, в которых участвовали и мы. Я не могу объяснить, что привязало меня именно к этой девочке. Привлекала ли меня к ней её открытая, непосредственная натура, или её симпатичная наружность, полное личико с белокурыми волосами, светлые синие глаза? Я, однако, хорошо помню, что она очень нравилась и другим мальчикам. Они охотно встречались с ней и играли, но она, как и её родители, отдавала предпочтение мне. Наши отношения были всегда свободны от каких бы то ни было непристойностей; моя любовь, кажется мне, была слишком сильна, чтоб допустить их. Ежедневно, уходя ко сну, я молил Бога охранять мою возлюбленную. Мы с ней твердо решили, что, выросши, будем мужем и женой. Часто грезили мы вместе об ожидавшем нас счастье, обсуждали все подробности пашей будущей свадьбы, даже решали, кто будет приглашен нами на наше торжество. Хотя меня считали очень скупым, но я делил с этой девочкой всё, что у меня было, и сердился, когда она теряла мои подарки. Словом, никогда не любил я так сильно и так искренне, как в то время. Со времени моего поступления в школу для мальчиков наши частые встречи сделались невозможны. Чем меньше встречался я с девочкой, тем реже моя мысль возвращалась к ней. Но влечение к ней не было вытеснено влечением к какому-либо мальчику, и вообще я не припомню в себе полового влечения к мужчине. <...>
Когда наши родители, а с ними и мы, дети, проводили вместе лето на морских купаньях (мне было тогда 14 лет), я по-прежнему очень охотно играл с девочкой на морском берегу; особенно любили мы игры, связанные с движениями, причем мы не стеснялись валяться в песке. Уже до того времени мы иногда обнимались; поцелуй был интимнейшим проявлением наших чувств. Однажды, когда мы играли, валяясь в песке на морском берегу, я, прижавшись к девочке, почувствовал эрекцию. Она сопровождалась приятным чувством, которого я не сумею описать; но оно не было чувством удовлетворения или сладострастия С того времени у меня родилось желание поближе касаться девочки, моя мысль возвращалась к ней чаще прежнего.
<...>
Вскоре мы снова переехали на зиму в город, где наши встречи сделались редкими, а прежние интимные отношения – затруднительными. Я по-прежнему много думал о девочке; однажды ночью, когда я снова переживал в сновидениях давнишнюю сцену на берегу моря, я почувствовал первое истечение семени. Мое влечение к девочке сохранялось, и охлаждение началось лишь после того, как она оставила школу и перешла в пансион. Первое время разлуки с нею я себя чувствовал очень несчастным и одиноким. Родители убеждали меня гулять и играть с мальчиками, но я следовал их советам не без сопротивления. Впоследствии я все еще не упускал девочки из виду, но она перестала так сильно интересовать. Незадолго до экзамена зрелости я начал онанировать. Вскоре я поступил в университет, и с того времени мое половое развитие приняло совершенно нормальный характер».

<...>
должен поговорить о нем несколько подробнее. Я отметил онанизм, как внешнее проявление чувства детумесценции; но гораздо чаще он имеет место в соединении с явлениями контректации. Онанизм, как у взрослых, так и у детей, либо носит характер чисто органического акта, не сопровождаемого никакими представлениями, либо сопровождается подобными представлениями. Последний в таком случае соответствует характеру влечения контректации, т. е. воображение мальчика рисует ему девушку, иногда, особенно при недифференцированности полового чувства, мальчика, во многих случаях – взрослое лицо; сказанное относится и к девочкам. Как у юношей, так и у детей онанизм чаще всего сопровождается представлениями; если последние и отсутствуют в начале полового акта, то они обыкновенно рождаются при продолжении его. Онанизм, не сопровождаемый никакими представлениями, встречается гораздо чаще у детей, чем у юношей, так как периферические явления детумесценции и центральные явления контректации не так тесно связаны друг с другом в детстве, как впоследствии. Более того: влечение контректации может иметь место задолго до появления влечения детумесценции, но последнее, появившись, часто удовлетворяется ребёнком путем онанизма, как чисто физиологического акта. В таком случае могут иметь место независимо друг от друга, с одной стороны, искусственное раздражение половых органов, с другой, страстное желание прикосновений и объятий другого лица.
Онанистические акты могут не сопровождаться истечением жидкости. Это отсутствие истечения при онанизме крайне редко у взрослых, но гораздо чаще встречается у детей; по крайней мере, во многих случаях, относящихся к детям, истечение не наблюдается. Отсылаю читателя к сказанному на странице 42. Из предыдущего вытекает, что истечение семени при онанизме в последнее время второго периода детства имеет место чаще, чем в более раннем возрасте.
Способы искусственного раздражения половых органов очень разнообразны. Чаще всего оно достигается руками, но не всегда. Дети употребляют многие маленькие хитрости, отчасти чтобы иметь возможность незаметно онанировать в присутствии других лиц, отчасти для усиления раздражения. Мальчики часто раздражают свои половые органы руками, вложенными в карманы брюк, иногда продырявленные специально для этой цели. В других случаях дети, в особенности женского пола, прислоняются в совершенно невинной позе к комнатной мебели, стулу, столу теми частями тела, где помещаются половые органы, и раздражают их давлением или трением. Некоторым детям необходимо для достижения их цели сильное механическое раздражение, для других, у которых психические явления предшествуют акту и подготовляют его, достаточно более слабее. У детей женского пола, реже у мальчиков, раздражение очень часто достигается взаимным трением ног, наложенных одна на другую. Мне рассказывали, что некоторые девочки завязывали в ночных рубашках узлы, которыми надавливали на половые органы. Механические сотрясения могут также в большей или меньшей степени раздражать органы. Напомню верховую езду, работу на швейной машине, езду на велосипеде, дрожках или по железной дороге; сказанное не должно быть преувеличено, так как многое зависит от индивидуальности, многое – от внешних механических условий, каково, напр., устройство седла при верховой езде. У мужчин самой чувствительной, а потому самой пригодной для онанистических манипуляций частью органа является головка, в женских половых органах такую же роль играет клитор; в большинстве случаев раздражаются именно головка или клитор. Однако, это положение не должно быть слишком обобщаемо. Часто мальчики предпочитают раздражать другие части органов, девочки – малые срамные губы, которые, но моему мнению, играют в этом отношении не меньшую роль, чем клитор. Онанистические акты, совершаемые в одиночестве, особенно в кровати, отличаются, конечно, большей непринужденностью. Некоторые маленькие девочки сжимают между ногами подушку и этим достигают раздражения. Другие вводят к себе во влагалище различные предметы продолговатой формы. Хотя последнее наблюдается у взрослых девушек гораздо чаще, чем у детей, но врачи находили подобные предметы во влагалище совершенно молодых девочек. Не следует только думать, что при этом обязательно разрывается девственная плена. Разрыв плевы сопровождается слишком большой болью, чтобы иметь место при онанистических актах.
У многих детей мы уже находим раздражимые зоны, т. е. части поверхности тела, раздражение которых возбуждает или посредственно вызывает чувство сладострастия. К подобным зонам принадлежат, во-первых, упомянутые части половых органов, во-вторых, и другие части тела. У некоторых сладострастные ощущения рождаются при раздражении области заднего прохода или сидения (ягодиц). Сомневаюсь, прав ли Freud [41], говоря, что стулья употребляются для этой цели. Но несомненно, что у многих детей легкое щекотание или более сильное раздражение упомянутых частей тела, имеющее место при наказании поркой или сечением, сопровождаются половым возбуждением. Некоторые дети раздражают с этой целью пальцами или каким-либо предметом область заднего прохода. Реже наблюдаются у детей другие раздражимые зоны, хотя у взрослых они, колеблясь по индивидуальностям, очень разнообразны. Напомню только еще, что у некоторых сладострастные ощущения вызываются щекотанием кожи, покрывающей затылок.
Часто делались попытки сравнительной характеристики обоих полов по степени распространенности онанизма. При этом все согласны, что, преобладающая часть мальчиков временно онанирует. Остается в высокой степени спорным вопрос, существуют ли даже среди мальчиков исключения. Я отвечаю решительным образом утвердительно, опираясь на сообщения, сделанные мне выдающимися людьми науки и другими, правдивость которых я не вправе заподозрить. Некоторые здоровые мужчины с нормальным половым влечением никогда в жизни не онанировали. По моему мнению, подобных людей не так мало, как обыкновенно полагают. Гораздо значительнее разногласия в вопросе о распространенности онанизма среди девочек. Я старался путем многих опросов создать себе ясное представление об этом вопросе, пришел к следующим результатам. Онанизм среди девочек менее распространен, чем среди мальчиков. Многие женщины, отличающиеся в зрелом возрасте сильным половым влечением, никогда не онанировали. Но, с другой стороны, девочки, предающиеся онанизму, прибегают к нему сравнительно часто. Мне даже кажется, что такие случаи, в которых к онанизму прибегают два, три или большее число раз подряд, сравнительно чаще встречаются у девочек, чем у мальчиков. В этом отношении мои выводы совпадают с выводами Guttceita [42]. Но я не могу согласиться с его мнением, что в возрасте от 18 до 20 лет почти все девушки, не знающие половых сношений, онанируют. Я знаю многих женщин, которые, отличаясь сильным половым влечением, не знати ни половых сношений, ни онанизма. Мое мнение подтверждается исследованиями сексуальной анестезии у женщин, которые показывают, что для пробуждения полового влечения у женщины требуется нечто большее, чем для пробуждения влечения у мужчины.




То, что должно быть сказано, должно быть сказано ясно. Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1517
Зарегистрирован: 26.03.18
Откуда: Deutschland
Рейтинг: 4
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.11.21 02:37. Заголовок: Я должен теперь подр..


Я должен теперь подробно поговорить об одном несколько темном, но крайне интересном вопросе. Во многих случаях половое возбуждение вызывается у детей чувством страха; оно приводит мальчика к эякуляции с эрекцией или без неё и с большим или меньшим чувством сладострастия.
Один ученик рассказал мне, что почувствовал истечение жидкости со слабым чувством сладострастия, когда не мог написать в школе заданное ему упражнение и опасался, что не справится с ним к назначенному часу. Другой пережил то же на выпускном экзамене, когда его охватил страх при письменной работе. У третьего то же явление было вызвано страхом, когда он, уличенный в соучастии в каком-то ученическом кружке и призванный директором к себе, боялся исключения из училища. Мне был сообщен и целый ряд других случаев подобного же рода. Я не буду разбирать тут теорий по этому вопросу, я хотел лишь установить факты. Приведенные явления имеют сродство с мазохизмом, так как и чувство страха связано с известным страданием. Тут же следует обратить внимание на поллюции, наблюдаемые иногда у повешенных. Напомню также теорию Freuda, сводящего нервный страх, как и другие нервные болезни, к известным сексуальным явлениям. Один из учеников Freuda, Stekel [43], в подробной монографии подчеркнул сексуальный момент при нервном страхе. Я, однако, думаю, что Freud слишком обобщил указанные случаи и, слишком расширил понятие сексуального. Я, конечно, не оспариваю известной связи между чувством страха и сексуальным возбуждением. Несомненно, что некоторые мальчики особенно склонны к описанным переживаниям; по крайней мере, отдельные лица сообщали мне, что в их детстве чувство страха часто сопровождалось истечением жидкости. Но у каждого из них это явление имело место однажды, дважды, но, во всяком случае, очень малое число раз. Из жизни девочек мне известны два случая вызванных страхом истечения жидкости с неопределенным чувством сладострастия. Эти случаи относятся к девочкам в возрасте от 13 до 14 лет. У одной из них эти явления многократно наблюдались и позже, и еще поныне у неё, теперь уже взрослой женщины, чувство страха связано с эякуляцией.

6-й случай. 20-летний студент описал мне упомянутые явления следующим образом. Его первые половые переживания относятся к 16-му году. До того времени он был посвящен своими товарищами в тайны половых сношений, онанизма и прочего. Лишь однажды-дважды сделал он попытки онанировать и оставил их. Однажды он сильно испугался, не решив в предпоследнем классе заданной математической работы, тем более, что, главным образом, от её решения зависел перевод в следующий класс. Он успел справиться лишь с половиной работы, когда учитель объявил, что через десять минут кончается назначенное время и тетради должны быть переданы ему. Вызванное этим у ученика чувство страха сопровождалось первым истечением семени; эрекции при этом он не заметил, но помнит, по его собственному выражению, довольно приятное чувство. Позже, в последнем классе, у него наблюдалось истечение семени еще несколько раз при таких же обстоятельствах, т. е. под влиянием чувства страха. В остальном его половое развитие было вполне нормально. Ночные поллюции сопровождались у него представлением прикосновений женского тела. Лишь однажды ночное истечение семени было вызвано страхом. Ему приснилась злая собака, преследовавшая его; он пытался бежать, но, точно вкопанный, остался на своем месте, не чувствуя в себе сил сделать хоть один шаг.

У зрелых в половом отношении мужчин и многих зрелых женщин, в особенности при отсутствии половых сношений и онанизма, имеют место от времени до времени ночные истечения жидкости, поллюции во сне; при этом у мужчины выделяется семя, у женщины – недифференцированные секреты желез. Поллюция сопровождается большей частью не только сладострастными ощущениями, но и психическими процессами, соответствующими половому влечению данного лица: нормальный мужчина видит при поллюции во сне объятия женщины, нормальная женщина, как и гомосексуальный мужчина, – видят мужчину. Отличительной особенностью поллюции во сне является то, что истечение семени при ней происходит в тот момент, когда воображение рисует спящему поцелуй, прикосновения, объятия, вообще какие-либо акты, предшествующие половому совокуплению; таким образом в сновидении отсутствует представление акта совокупления. В остальном, при сновидениях, как сопровождаемых поллюцией, так и не сопровождаемых ею, повторяются большей частью психические переживания бодрствующего состояния. Что касается ребёнка, то уже и у него встречаются эротические сны с поллюцией или без неё. Если мальчик в бодрствующем состоянии ни разу не онанировал, то первое истечение семени происходит обыкновенно при ночной поллюции. Такие случаи имеют место чаще, чем предполагают; у лиц женского пола особенно часто, истечение во сне является первым истечением Обыкновенно еще раньше появления эротических снов у обоих полов имеют место психосексуальные переживания: мальчик чувствуешь влечение к женскому полу еще до того времени, когда он видит во сне объятия девушки. Следует твердо помнить, что, за исключением тех случаев, в которых психосексуальная жизнь проявляется впервые в сновидениях, последние обыкновенно крайне быстро забываются, в особенности тогда, когда они не сопровождаются поллюцией, обращающей внимание ребёнка на эти сновидения и закрепляющей их в памяти. Но этой причине, даже в тех случаях, когда первое появление психических переживаний относится к бодрствующему состоянию, мы можем предполагать, что сновидения имели место, но были забыты. У некоторых сексуальные извращенности являются впервые в сновидениях. Было даже высказано мнение, что сновидения часто могут действовать точно так же, как гипнотическое внушение, т. е. они именно приводят к развитию упомянутых извращенностей. Это мнение слишком гипотетическое, и я не буду на нем останавливаться. Чем раньше развивается ребёнок в половом отношении, тем раньше являются у него сексуальные сны и ночные поллюции. Мне известны многочисленные случаи появления сексуальных снов у 10-11-летних мальчиков; я даже наблюдал их у 7–8-летних. У детей, как и у взрослых, главную роль в сновидениях играет объект, возбуждающий половое влечение в бодрствующем состоянии. Но у детей фантазия принимает в снах более деятельное участие. Поллюция может сопровождаться у них различными извращенными представлениями, которые в бодрствующем состоянии совершенно лишены эротической окраски. В сновидения ребёнка врываются толпою образы, почерпнутые им из сказок: разбойники, пленные или зачарованные принцессы, королевский сын, закованные рабы. Тот, кто не знаешь, что у большинства детей с их дальнейшим половым развитием эти явления исчезают, слишком поспешно увидел бы в них болезненные извращенности. Конечно, в некоторых случаях он не ошибся бы, тем более что у лиц с извращенным половым чувством соответствующие сновидения часто имеют место уже в раннем детстве. Иногда поллюция во сне вызывается гем чувством страха, о котором я раньше говорил. У некоторых лиц поллюция сопровождала те сны, в которых они якобы спасались от врагов и диких зверей или безуспешно догоняли быстро убегающей поезд. В отдельных случаях сновидения ребёнка при поллюции отличаются крайней неопределенностью и не представляют заметной связи с психосексуальными переживаниями бодрствующего состояния.


Описанные явления не представляют различия у мальчиков и девочек; укажу только, что, согласно моим наблюдениям, ночные поллюции чаще отсутствуют у девочек, чем у мальчиков. У спящих детей, кроме поллюций, наблюдаются раздражения половых органов посредством рук или иным способом; мне известны многие случаи подобного рода у детей обоего пола. Остается сомнительным, совершаются ли эти раздражения детьми во сне, бессознательно, или в бодрствующем состоянии. Я несколько раз наблюдал за детьми целую ночь с целью уяснить себе этот вопрос. В результате своих наблюдений я пришел к выводу, что дети так же играют своими половыми органами во сне, как при онанизме.
<...>





То, что должно быть сказано, должно быть сказано ясно. Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1518
Зарегистрирован: 26.03.18
Откуда: Deutschland
Рейтинг: 4
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.11.21 02:45. Заголовок: <...> В пре..


<...>
В предыдущем я описывал отдельные сексуальные явления, наблюдаемые в детстве. Я уже упоминал, что одно явление может присутствовать, другое – отсутствовать, одно преобладает, другое остается в тени. Напр., девочка чувствует сексуальное влечение к мальчику, но при этом её половые органы могут не играть никакой роли. Бывает и обратное явление. Такие же индивидуальные колебания и различия замечаются в силе полового чувства. Некоторые дети отличаются крайне сильным половым влечением, следствием которого являются неотвратимые осложнения; у других же половое чувство, хотя и является во время, но, вследствие своей слабости, не играет в жизни ребёнка существенной роли. Сказанное относится к обоим элементам полового чувства к детумесенции и контректации. Часто высказывалось мнение, что сексуальные чувства пробуждаются особенно рано у людей с извращенным половым инстинктом. Это мнение неправильно, так как и нормальные сексуальные переживания могут иметь место уже в раннем возрасте. Их оставляли долгое время без рассмотрения, обращая главное внимание на извращенные явления. Сила полового влечения также не стоит ни в какой связи с извращенностью; последняя часто не отличается особенной силой. С другой стороны, нормальное половое влечение может быть связано с гиперэстезией и достигать значительной силы уже в детстве.
<...>
Если я рассмотрел в предыдущем целый ряд явлений, обнаруживающих половую жизнь ребёнка, то из этого однако, не следует, что эти симптомы всеобщи и всегда имеются на лицо. Уже раньше я указывал, что в иных случаях имеет место один симптом, в других другой. Чаще всего, как я упомянул, выступают психосексуальные явления. Часто какой-либо симптом выступает в такой слабой форме, что может быть обнаружен лишь тщательным исследованием. Я хотел лишь подчеркнуть тот факт, что уже в годы детства, которые обыкновенно считаются свободными от сексуальных явлений, может быть обнаружено, хотя не всегда с легкостью, половая жизнь в том или ином направлении.
В заключение я должен прибавить, что у целого ряда детей, даже в возрасте 14-ти лет и позже, половая жизнь едва ли обнаруживается, хотя, как мы видели из рассмотренных последствий кастрации, и в этих случаях имеют место остающиеся обыкновенно скрытыми сексуальные явления. У некоторых индивидов половая жизнь играет ничтожную роль даже в первые годы юности. Иногда у мальчиков 15-16 лет мы не видим, за исключением встречающихся от времени до времени поллюций, никаких признаков половой жизни; ни мастурбации, ни психосексуальных явлений. Конечно, более тщательное исследование может обнаружить в этих случаях некоторые признаки пробуждения сексуальной жизни. Это, однако, не уничтожает того замечательного факта, что отдельные индивиды сохраняют очень долгое время полную невинность. Она объясняется в подобных случаях не исключительной добродетелью, но замедленным развитием ребёнка. Последнему недостает понимания в области сексуальных явлений, как у слепого не может быть понимания цветов. В большинстве случаев подобное замедленное развитие выражается лишь в более позднем наступлении отдельных явлений, но в общем половая жизнь носит впоследствии совершенно нормальный характер. Мне известно, что в целом ряде случаев у индивидов с замедленным развитием лишь к концу двадцатых годов наблюдалась при совокуплении эякуляция: до того времени совокупление сопровождалось у них лишь эрекцией и случайной поллюцией. Я уверен, что в подобных случаях мы гораздо меньше имеем дело с влияниями воспитания и с так называемой сексуальной неврастенией, чем с замедлением развитая, обусловленным врожденными особенностями.






То, что должно быть сказано, должно быть сказано ясно. Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1519
Зарегистрирован: 26.03.18
Откуда: Deutschland
Рейтинг: 4
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.11.21 02:46. Заголовок: Глава V. Патологичес..


Глава V. Патологические явления
Патологическое преждевременное созревание девочек; мальчиков. Карлики. Половая парадоксия. Примеры. Сексуальные извращения. Врожденность половых ненормальностей. Ошибочность воспоминаний. Теория ассоциаций. Примеры. Гомосексуальность и дружба. Садизм и другие ненормальности. Эксгибиционизм и скатофилия. Гермафродитизм.
Если я уже касался в предыдущем изложении более или менее редко наблюдаемых явлений, то я, однако, главным образом останавливался на таких, которые, встречаясь достаточно часто, не являются ни исключительными, ни патологическими. Конечно, некоторые из вышеуказанных случаев относятся к области патологии, как, например, некоторые проявления полового влечения в первом периоде детства (случай, указанный Fére, стр. 62) По практическим соображениям резкое выделение этих случаев из ряда других не всегда было возможно. Но, с другой стороны, необходимо рассмотреть патологические явления в их общей связи. Целый ряд сюда относящихся случаев касается лиц женского пола; напр., появление менструации на 8, 5, 2 году и даже раньше [51]. Corus упоминает женщину, из анамнеза которой выяснилось, что менструация появилась на 2-м году, а первая беременность на 8-м. Беременность у 10–12 летних наблюдается еще чаще. Один французский врач рассказывает о трехмесячном ребёнке, у которого была совершенно развитая грудь, менструация, а через некоторое время появились волосы под мышками и на половых органах. Позднейшие наблюдения над этой девочкой установили регулярное повторение менструаций. Черты лица этого ребёнка не представляли ничего типически детского, а затем имелись различные следы преждевременного развития. По исследованиям Gebhard'a [52], наблюдалось в одном случае появление менструации с первого дня рождения, в целом ряде других раньше окончания первого периода детства. В Ново-Орлеане был случай появления и правильного повторения менструации у 3-х-месячного ребёнка. В последнем примере имелись признаки общего преждевременного развития: уже 4-х лет эта девочка была вышиной 1¼ м и имела вполне развитые груди. Вообще, раннее развитие половых органов у девочек сопровождается обыкновенно сильным развитием груди. Kisch предполагает, что у преждевременно развившихся наблюдаются, на ряду с menstruatio ргаесох, и другие симптомы полового развития: сильное развитие жировых веществ, преждевременное прорезывание зубов, более старческий вид, чрезвычайно быстрое развитие половых органов, лобковые и подмышечные волосы, развитие больших срамных губ и груди, особенности женского таза. В подобных случаях также наблюдается раннее пробуждение полового влечения; духовное же развитие очень сильно отстает от физического.
При вскрытиях были случайно найдены соответственные явления в яичниках. Некоторые авторы полагают, что подобные явления наблюдаются гораздо чаще, чем о них сообщается. Во всяком случае, при исследовании яичников у маленькой девочки часто находили зрелые яйца; однажды нашли их у преждевременно родившейся девочки. У одной пятилетней насчитали 15 пузырьков. Liégeois [53] при вскрытии двухлетних девочек дважды находил зрелые яйца.
У мальчиков тоже наблюдаются подобные явления. Так, напр., Breschet сообщил в 1820 г. о трехлетнем мальчике, у которого наблюдались все признаки зрелости. Голосом он напоминал 16–18-летнего юношу. Длина отвислой части члена была–9,6 ст., толщина у основашя – 7,2, длина при эрекции – 13,5 ст. В присутствии молодых девушек или женщин у него появлялась эрекция, причем ребёнок весь оживлялся и приближал руки к половым органам женщины. Онанизм у него не наблюдался. Вообще у этого ребёнка наблюдались и другие признаки преждевременной зрелости, 3 месяца спустя после рождения у него появились резцы верхней челюсти. Breschet цитирует обнародованный Mead'ом случай с мальчиком, у которого зрелость развилась до окончания первого года жизни, и который на 5-м году умер от чахотки со всеми признаками старости. Он сообщает еще об одном 5-ти летнем мальчике, половые органы которого были совершенно развиты; он имел большую бороду, вообще всё признаки половой зрелости. Соответственно взглядам того времени, эпохи расцвета френологии Gall'я, многими принималось, что причиной преждевременного пробуждения полового влечения является сильное развитие мозжечка, где помещалось по Gall'ю, половое чувство

Противоположностью вышеприведенным случаям являются такие, в которых имеет место замедление в общем развитии, и все признаки половой зрелости появляются гораздо позже обыкновенного. Некоторые индивиды остаются всю жизнь в отношении одного или нескольких симптомов зрелости на первоначальной ступени развития. Это замечается, напр., у карликов. Наблюдения над их половой жизнью с этой точки зрения должны дать много интересного. В явлениях их половой жизни замечается однако много различий. Часть их вытекает из того, что к карликам причисляются лица, которые вряд ли к ним принадлежат, особенно те, рост которых был остановлен рахитом. В действительности же, к ним должны быть отнесены только те, у которых замечается пропорциональное развитие всех частей тела, и замедление роста которых не вызвано рахитом или тому подобными явлениями. Однако, я не думаю, чтобы все различия, наблюдаемые в половой жизни карликов, объяснялись только смешением этих двух групп. На основание наблюдений, сделанных мною над большим обществом совместно живущих карликов, у которых безусловно не может быть речи о рахите, я считаю себя в праве утверждать, что и в среде настоящих карликов половая жизнь весьма различна. Что касается известной мне группы, то здесь дело идет о людях, соединившихся для совместной жизни и работы. Группа живет в собственном доме, в отношениях между мужчинами и женщинами царит поразительная холодность. Хотя некоторые из них живут по 10-ти лет вместе, однако, они обращаются друг к другу со словами: г-н и m-elle. Что касается половых органов у мужчин, то у всех, за исключением одного, которому во время моих наблюдений было 30 лет, они совершенно развиты, у последнего они находятся в зачаточном состоянии. Половые чувства у всех нормально развиты, но направлены на взрослых. У одного из этих карликов, итальянца, до 28 лет половые органы были неразвиты и лишены волос. Только с 28-ми лет они начали расти и покрываться волосами. Как уже указано, влечение карликов направлено в сторону людей нормальных, и мне известен 20-летний карлик, который прижимался при всяком удобном случае к одной красивой молодой женщине. Мои наблюдения находят подтверждение и в литературе, хотя иногда наблюдались половые сношения между карликом и карлицей.
Здесь мы должны вспомнить вскользь отмеченные мною в первой главе случаи, которые Kraft-Ebing относит к сексуальной парадоксии. Иногда наблюдается проявление половой жизни в таком возрасте, который при нормальных условиях свободен от них. Сюда относятся случаи проявления полового чувства в годы раннего детства или глубокой старости. Упуская из виду случаи, в которых выступали только явления контректации, останавливались главным образом на таких, в которых половое чувство сопровождалось периферическими проявлениями, особенно ранним стремлением к онанизму, к сношениям с лицами другого пола. Во всяком случае, из последней главы видно, что проявления полового чувства в детстве не всегда являются ненормальными. Рассматривая случаи, приводимые обыкновенно, как явления исключительные (причем я ограничусь одним детством, оставляя в стороне старость), мы найдем, что отличительной чертой их является сила, с которой проявляется периферическое влечение. И, в самом, деле, существует большая разница, имеем ли мы дело лишь с общим ощущением в половых органах или с постоянным онанизмом. Однако, мы не должны все проявления половой жизни в детстве относить к разряду исключительных (половой парадоксии). Хотя между нормальными и исключительными случаями половой жизни существует чаще количественная, а не качественная разница, однако, мы, пользуясь выводами предыдущей главы, сумеем без труда отделить эти явления друг от друга. Проявления полового влечения ребёнка к окружающим в первом периоде детства, особенно в первые годы, исключительны, что не может вызвать никакого сомнения. С другой стороны, явления половой жизни, вызванные исключительно периферическими воспалительными раздражениями, воспалением головки, глистами и т. п., мы, следуя за Krafft-Ebing'oм, не должны рассматривать, как исключительные. Они не могут быть причислены к половой парадоксии, так как происхождение последней должно быть центральным, хотя её проявления могут быть периферическими.
Теперь я остановлюсь на трех случаях, которые, по моему мнению, являются патологическими и относятся к половой парадоксии.
7-й случай. Шестилетняя X., которая, по показаниям матери, не страдает наследственными болезнями, производит впечатление нервного ребёнка. Она страдает тиком, в углах рта, на веках и шее. Рассказы матери и мои собственные наблюдения убедили меня в нормальности психического развития ребёнка, однако, она обращает на себя внимание своей преждевременной зрелостью. 2-х летним ребёнком она по неосторожности няньки выпала из колыбели, но не сохранила заметных следов этого события. Развращение со стороны окружающих мать считает невозможным. Около двух лет тому назад, мать впервые заметила, что ребёнок охотно прислоняется к мебели так, что половые органы придавливаются к узким каймам или краям, как, напр., к спинкам стульев и особенно к стойке, находящейся в одной из комнат. Вначале девочка проделывала это совершенно открыто. Но запрещения матери и наказания со стороны отца заставили ее продолжать свои поступки тайно, в чем она не раз была замечена матерью. Наблюдалось, что и в постели она касалась руками половых органов. У ребёнка наблюдался несомненный оргазм. Судорожные подергивания всего тела, блестящие глаза и измененное дыхание, вызванные искусственным раздражением половых органов, несомненно указывают, что здесь мы имеем дело не с тиком, но с чувством сладострастия. Процесс ограничивался периферическими проявлениями. Особенная нежность по отношении к другим лицам не наблюдалась.
8-й случай. Мальчик X. был ко мне впервые приведен, когда ему было 8½ лет. Со второго года у него были замечены онанистические раздражения, причем уже тогда появлялись эрекции. Впоследствии онанизм начал принимать такие размеры, что на 4-м году родителям пришлось изолировать его от остальных детей, из опасения пагубного влияния его на них. Все эти меры ни к чему не привели, уже на 5-м году он начал усиленно приставать к своей 6-летней сестренке. Устраивал он это тогда, когда надзор был невозможен, напр., родители находились в отсутствии, а воспитательница, которой поручено было наблюдение за ним, была занята уличными свиданиями. Последнее обнаружилось только впоследствии. В лице платной помощницы заботливые родители думали найти человека, который достаточно внимательно отнесется к болезненно предрасположенному ребёнку. Считая, что ими приняты все возможные меры, они были крайне разочарованы, узнав, что воспитательница, следуя их же примеру, была поглощена личными удовольствиями, а не надзором за ребёнком. Несмотря на то, что об онанизме ребёнка родители давно знали, его отношения к сестре сделались им известны лишь через много лет, и то только благодаря следующему случаю. Мальчик пытался приставать также и к другим девочкам, но это ему не всегда удавалось. Однажды, играя с маленькой девочкой, принадлежавшей к знакомой семье, он склонял ее к подобным действиям. Девочка рассказала об этом родителям, которые тотчас же положили конец встречам своей девочки с X. Последнее показалось странным родителям X. При выяснении этого инцидента всплыло наружу все дело. При этом оказалось, что у мальчика много лет были подобного рода отношения с его сестрой, особенно он любил касаться руками её половых органов. Следствием этих частых раздражений у девочки явились повреждения кожи, местные воспалительные процессы.

К числу исключительных может быть отнесен и следующей случай, в котором имеет место преждевременное истечение семени и высшая степень гиперэстезии полового чувства. Он сопровождался разными половыми извращениями; часть из них сохранилась до более позднего времени.
9-случай. X., 30-ти лет. Сексуальная жизнь его полна эксцессов. Он делит ее на две группы: 1) период от 7–12, 2) от 13–30, когда он действовал под влиянием алкоголя. «Моя фантазия с ранних лет была занята образами голых девушек. Я совершенно ясно вспоминаю, что мои сны были полны главным образом видений. В возрасте между 9–12 годами я очень сильно предавался онанизму, иногда по 5–10 раз в день и даже во время школьных занятой. У меня и тогда наблюдались небольшие излияния, но я твердо помню их на 10-м и, быть может, 9-м году. Я предавался онанизму вместе с несколькими школьными товарищами. Вскоре я сошелся с мальчиком, который сам предложил мне свои услуги для обоюдного онанизма. Мысль об отвратительности онанизма даже не возникала у меня, напротив, я беспрестанно искал мальчиков, которые предавались или хотели предаться вместе со мной этому пороку. Никакого изменения не произошло и тогда, когда я 13-летним мальчиком впервые вступил в половые сношения. Последние происходили вначале каждые 4–6 недель, в промежутке я продолжал ежедневно онанировать. Впоследствии я находил возможность почти еженедельно сходиться за плату с замужними или незамужними женщинами. Так как я отличался поразительным здоровьем, то эти почти ежедневные эксцессы в половой жизни не оказали на меня неблагоприятного влияния. Безвольный и несамостоятельный, я совершенно не мог противостоять своим желаниям. С особенным рвением принимался я то за одно, то за другое, но также быстро бросал попытки. Имея достаточно средств и не видя вредных последствий своего поведения, я и в 15 лет продолжал прежний образ жизни. Наконец, такие половые сношения перестали меня удовлетворять, гораздо более возбуждающе действовали определенные части тела, особенно груди. Также не требовалось полное обнажение женщины, как прежде, так как больше всего меня возбуждали белые панталоны. Один вид их будил во мне сексуальные представления. Для этой цели я посещал каток, где часто представляется возможность увидеть эту часть женского туалета. Самая красивая и изящная девушка не могла бы вызвать во мне ни малейшего сексуального возбуждения, если я замечал пёстрый цвет её панталон.
Частые половые сношения постепенно притупляли мое половое влечение, и я должен был перейти к искусственным приемам возбуждения половых частей женщин, причем главное наслаждение доставляло мне то напряженное удовольствие, которое испытывали они. Когда же половые сношения бывали мне недоступны, я себя возбуждал, обнажая свои половые органы в присутствии девушек. Также занимал я свое воображение непристойной литературой, при чтении которой предавался онанизму».
Второй период представляет для нас меньше интереса. Прибавлю только, что в настоящее время X. – во многих отношениях ненормален.
Половая парадоксия существует и в мире животных. Weston [54] рассказывает, что 6-недельный жеребёнок пытался вспрыгнуть на свою мать. Он З-х месяцев так приставал к телятам, что его пришлось кастрировать. Он же рассказывает, что 2-х месячный жеребёнок онанировал, проделывая все манипуляции, необходимые для этого.
* * *
Люди с извращенным половым чувством часто указывают на то, что их первые извращенные переживания относятся к возрасту 8 лет или даже раньше. Например, гомосексуалист мог чувствовать в раннем детстве влечение к школьному товарищу, родственнику или учителю, гомосексуальная женщина – к подруге или учительнице. Часто гомосексуалисты прибавляют, что никогда не переживали наряду с влечением к своему полу влечения к другому. Предполагаемая связь между ранним пробуждением полового влечения и гомосексуальностью, как и некоторые другие явления, дали Крафт-Эбингу повод видеть в гомосексуальности явление вырождения невро– или психопатического характера; то же явление вырождения видел он в других извращенностях, например, садизме. Однако, как мы подробно показали в предыдущей главе, очень часто и совершенно нормальная половая жизнь восходит к раннему детству. Это обстоятельство часто упускалось из виду, так как новейшие исследования полового чувства обращали внимание главным образом, на его болезненные явления; что касается тех психологов, которые посвятили свои труды изучению нормальной половой жизни, то они, за немногими исключениями (Max Dessoifr, Binet, Jodl, Ribot), мало что дали в области обсуждаемого вопроса. Поэтому некоторые явления, например, раннее пробуждение или гиперэстезия полового чувства, были причислены к явлениям сексуальной извращенности, хотя они встречаются и при качественно-нормальном половом влечении.
Главным образом на изложенном взгляде о раннем и исключительном появлении гомосексуальности основывалась теория её врожденности; но доказать ее таким путем, по нашему мнению, невозможно. Во-первых, как мы уже указывали, во многих случаях даже показания взрослого гомосексуалиста о том, что уже в детстве у него преобладали исключительно гомосексуальные влечения, еще не может убедить нас в этой исключительности. В его детстве могли быть и гетеросексуальные влечения, но они были забыты им, так как не играли никакой роли в его последующем развитии. Во-вторых, раннее появление гомосексуальных влечений еще не доказывает их врожденности, так как период недифференцированного полового влечения наблюдается у людей как с гомосексуальными, так и с гетеросексуальными влечениями и первоначальное появление влечений того или иного рода часто зависит лишь от случая. Привязанность гетеросексуального мужчины в детстве к какому-либо мальчику не противоречит врожденности у него гетеросексуальных влечений; так же подобная привязанность гомосексуалиста не доказывает еще врожденности гомосексуальности. И в мире животных мы замечаем в любовных играх, предшествующих наступлению половой зрелости, перетасовку ролей обоих полов; часто незрелая самка пытается вспрыгнуть на незрелого самца. Таким образом, не в раннем появлении гомосексуальности обнаруживается её врожденность; она обнаруживается в том, что гомосексуальные влечения не сменяются при наступлении зрелости гетеросексуальными и остаются господствующими в половой жизни.
Некоторые находят подтверждение врожденности гомосексуальности в случаях, описанных под именем «женоподобности» (Etfemination) или «мужеподобности» (Viraginitat). К первым Kraft-Ebing отнес те, в которых у гомосексуального мужчины ненормальные половые переживания оказывают влияние на общий характер его чувств и влечений. Подобный мужчина находит удовольствие не в курении, возбуждающих напитках, мужском спорте, но в украшениях, искусстве, беллетристике. То же относится и к женщине (Viraginitat). У неё замечается не только половое влечение к женщине, но вообще поведение, приближающееся к мужскому: нелюбовь к женским работам, пренебрежение к туалету, резкие, вызывающие манеры. Наблюдается, говорят, меньше склонности и понимания к искусствам, чем к наукам. При случае делаются попытки пить и курить. Согласно с Крафт-Эбингом и многие другие предполагали, что «женоподобность», как и «мужеподобность» проявляются уже в детстве. Мальчик, который развивается в этом направлении, любит, будто бы, проводить время в обществе маленьких девочек, играть в куклы, помогать матери в её хлопотах по хозяйству. Ему сильно нравится варить, шить, чинить, он обнаруживает понимание при выборе женских туалетов, так что может сделаться советником своих сестер. И наоборот, любимым местопребыванием девочек, у которых впоследствии обнаруживается «мужеподобность», является место игр мальчиков. О куклах она и слышать не хочет, её страсть – ездить верхом на палочке, играть в солдаты и разбойники. Нельзя отрицать, что это описание правильно для многих случаев. Но я должен здесь, как я это делал и раньше, предостеречь от обобщений, указав на то, что целый ряд мальчиков и девочек, которые в детстве обнаруживают такие несвойственные их полу склонности, развиваются впоследствии совершенно нормально и во всяком случае не гомосексуально. Недифференцированность душевной жизни в детстве делает понятным, что такие ненормальные сексуальные склонности ребёнка сами по себе не указывают на продолжительное сохранение их в будущем и на дальнейшее развитие их. Затем следует обратить внимание на то, что некоторые женщины и некоторые мужчины с детства не обладают психическими склонностями, свойственными в среднем соответственному полу, но на основании этого, однако, нельзя делать заключений относительно их гомосексуальности. Существуют гетеросексуальные мужчины, которые очень охотно занимаются рукоделием и гетеросексуальные женщины, которые не обнаруживают никакого интереса к хозяйственным заботам, уходу за детьми, даже во многих случаях к своему собственному туалету. Было бы в высшей степени роковой ошибкой на основании этих склонностей делать заключение о гомосексуальности.

Но говоря уж об этом, следует при изучении подобных явлений считаться с ошибочностью воспоминаний, как и при указаниях гомосексуалистов относительно их исключительно гомосексуальных склонностей в детстве, о чем я говорил на стр. 4. Гомосексуалист выискивает в своем детстве все, что кажется имеющим связь с гомосексуальностью, он припоминает при этом часто только те случаи, когда он держал себя так, как это более свойственно девушке, забывая о других. Наконец, следует считаться с различным толкованием явлений детства. Гомосексуалист, который в детстве шутки ради занимался рукоделием, видит в этом впоследствии уже характерную черту женского типа. Девушка, которая за не имением подруг бывала только в обществе братьев и принимала участие в их играх, усматривает впоследствии, когда она становится гомосексуальной женщиной, в этом участии в играх мальчиков следствие прирожденной извращенности, между тем как в действительности только случайности среды были тому виною. Или же этот факт стремления к обществу детей другого пола следует толковать как раз противоположным образом. Гомосексуалисты передают, что они уже в детстве удалялись от мальчиков и искали общества девочек, чтоб принять участие в их играх, т. е. они стараются мотивировать это поведете ненормальными сексуальными склонностями. Но удаление от мальчиков и совместное пребывание в обществе девочек происходит в детстве часто не по этой причине, но с целью встречаться с девочкой, в присутствии которой мальчик испытывает некоторое эротическое раздражение. Во всяком случае, не следует переоценивать значение этих явлений и слишком поспешно пользоваться ими, как доказательством того, что извращенность проявилась уже в детстве. Не следует, понятно, оспаривать возможность и такого случая. Только преувеличения, очень часто имеющие место, должны быть отвергнуты самым решительными, образом.




То, что должно быть сказано, должно быть сказано ясно. Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1520
Зарегистрирован: 26.03.18
Откуда: Deutschland
Рейтинг: 4
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.11.21 02:48. Заголовок: 10 случай. Госпожа X..


10 случай. Госпожа X., 26 лет, 5 лет в счастливом браке, за исключением болей во время менструаций, здорова, В сношениях со своим мужем совершенно нормальна, знает сильное половое влечение и чувство сладострастия. Она происходит в общем из здоровой семьи; правда, на некоторых родственников матери указывают, как на людей нервных, но в виду многочисленности семьи это обстоятельство не имеет большого значения. Большинство кровных родственников здоровы, поскольку имеются в виду болезни, передающаяся по наследству. Будучи девочкой, г-жа X, показания которой были в существенном подтверждены её матерью, поскольку я мог расспросить последнюю, вначале находилась почти исключительно в обществе мальчиков. Она возилась со своими братьями и их друзьями по возможности на дворе и предводительствовала ими во время самых диких игр, даже при игре в войну или индейцев. В детстве её всегда называли мальчиком, в противоположность её сестре, моложе её на 2 года, которая всегда была типичной девочкой. Только сравнительно редко она отказывалась от игр мальчиков и то большей частью лишь с целью побыть вместе с сестрой одного из мальчиков. Обе девочки, очевидно, сильно симпатизировали друг другу; это чувство проявилось уже в возрасте 9-ти лет и с течением времени усиливалось. По мере развития этого чувства г-жа X, все более удалялась от мальчиков, чтоб всецело посвятить себя своей подруге. Все сильнее и сильнее девочки привязывались друг к другу, целовались и обнимались и по достижении 13-летнего возраста начали возиться со своими половыми органами, причем г-жа X, была пассивнее и сама не производила никаких манипуляций ни над своими половыми органами, ни над половыми органами своей подруги. Обе девочки подрастали. Случалось, что у г-жи X возникало влечение к другой девушке, но всегда лишь на сравнительно короткое время. Одновременно с возникновением влечения к своей подруге, т. е. приблизительно на 10-м году своей жизни, г-жа X., сожалевшая тогда, что не родилась мальчиком; старалась походить на мальчика внешним образом. Под предлогом переодевания шутки ради, г-жа X. наряжалась в платье своих братьев, курила при случае, хотя на её родине и в кругу её семьи курение строго воспрещалось взрослым девушкам. Когда ей минуло 14 лет, у неё появились менструации. Дружба обеих девушек длилась до 17-года их жизни. С этого времени домашние вводили ее в общество, гомосексуальные склонности исчезли и одновременно с ними обнаруживались особенности, свойственные женскому полу. Желание одеваться в мужское платье и курить исчезло и больше не появлялось, несмотря на то, что именно теперь г-жа X. вращалась в таких кругах, где многие женщины курили. И, что самое важное, наступило охлаждение к гомосексуальным отношениям. Обе девушки поддерживали дружеские отношения, но у г-жи Х., как и у её подруги, исчезло половое влечение друг к другу, и в последующем не проявлялось. Г-жа X начала флиртовать то с одним, то с другим мужчиной, и, наконец, в возрасте 19-ти лет она влюбилась в своего теперешнего мужа и через два года после обручения вступила с ним в брак.
Этот случай указывает на то, что ни гомосексуальные склонности в детстве, ни другие ненормальные сексуальные свойства в том же возрасте не доказывают развития продолжительной гомосексуальности. С другой стороны, факт более позднего развития гетеросексуальности, не дает права делать заключение, что она приобретается intra vitam [55], так как очень часто врожденные гетеросексуальные склонности могут проявиться лишь в период развития половой зрелости. В аналогичном случае, где гомосексуальные и другие ненормальные сексуальные свойства ребёнка сохранились бы до более позднего периода жизни, их первичные проявления сами по себе не давали бы права заключить, что эта гомосексуальность врождена. Я признаю врожденную гомосексуальность, но по другим основаниям, которые я подробно развил в другом месте и на которых я здесь не могу дольше останавливаться.
<...>

присутствии кухарка или другое лицо женского пола резало птицу, и точно также действовало соответствующее воспоминание.
Выяснялось, что он 8-ми лет от роду присутствовал при таком акте и при этом тотчас же почувствовал сопровождавшееся сильным чувством удовольствия возбуждение. И многие мазохисты и садисты указывают на то, что первое возбуждение было ими испытано еще в детстве.
Впечатления детства могут несомненно вести к длительным ассоциациям. Чувства отвращения, страха, вынесенные из детского опыта, могут сохраниться на всю жизнь. Ребенок, испытавший по каким либо причинам много раз чувство отвращения к определенному блюду, может на всю жизнь сохранить это чувство. Феликс Платтер [56] рассказывает, что в детстве он однажды увидел, как его сестра резала шейку птицы и одевала на пальцы в виде колец. Он почувствовал при этом такое отвращение, что не мог смотреть на нее и ушел. Это чувство сохранилось у него на всю жизнь настолько, что впоследствии не мог носить не только такие «кольца из мяса», но вообще всякие кольца, будь они из золота или серебра. Дитя, испуганное собакой, может впоследствии чувствовать боязнь перед собаками долгое время. Так же, как и собственный опыт, может повлиять опыт другого лица. Ребенок, замечавший, как кто-либо другой пугался кошки, может на всю жизнь сохранить антипатию к кошкам. На такие наблюдения могли бы сослаться те, которые объясняют половую извращенность случайными впечатлениями в детстве или в юности. И всё же очень важные соображения говорят против такого обобщения.
<...>

Но независимо от этих возражений то обстоятельство, что какое-нибудь внешнее явление, напр. убийство птицы, приобретает значение для содержания позднейшей извращенности, ничего не доказывает в пользу того, что сама извращенность была приобретена. Напротив, вполне допустимо, что для человека, имеющего врожденную склонность будить свой половой инстинкт представлениями о всевозможных жестокостях, характер этих представлений определяется случайными происшествиями его жизни. Согласно этому предположению следует допустить, что, если в данном случае с половым возбуждением не связалось бы представление убиваемой птицы, то с ним связалось бы у того же самого индивидуума другое сходное явление. Во всяком случае теория ассоциаций сама по себе не в состоянии объяснить этих случаев, и вполне допустимо, что при садизме имеется на лицо специфическая аномальная наклонность полового влечения, а впечатления детства оказывают влияние лишь постольку, поскольку они определяют ту форму, в которой садизм проявляется в будущем. И на самом деле поразительно, как часто один и тот же специфический акт жестокости вызывает у отдельного индивидуума половое возбуждение в течение всей его жизни: один испытывает удовольствие, когда он бьет, другой – когда колет, или режет; у одного половое возбуждение появляется, когда режут птицу, у другого, когда умерщвляется рыба и т. д. Если у некоторых лиц в течение жизни много раз меняется род того явления, которое влечет за собою половое возбуждение, то все же мы находим достаточное количество лиц, у которых только одно определенное явление садистического характера вызывает половое возбуждение и относительно которых мы можем установить, что еще в детстве такой акт сопровождался чувством сладострастия. Я хочу упомянуть, что существует еще одна возможность объяснить эту прочную связь на основании впечатлений детства, не придавая этим впечатлениям детства решающего значения, а именно допустить врожденную слабость нормальной способности полового влечения, делающую понятной ту легкость, с которой пути, необходимые для функций нормального полового влечения, утрачивают свою работоспособность.
Я не могу больше вдаваться в эти спорные вопросы. Предыдущие разъяснения должны были бы с одной стороны в достаточной мере осветить значение детства для половой извращенности, с другой стороны отклонить много преувеличений в этой области. Следует только прибавить, что эти разъяснения, хотя я в качестве примера приводил только гомосексуальность и садизм, остаются в силе mutatis mutandis [57] и по отношению к другим видам извращенности.
В дальнейшем я хочу привести некоторые случаи, в которых эти частью извращенные наклонности можно совершенно ясно проследить вплоть до самого детства, по крайней мере, согласно показаниям соответствующих лиц.
11 случай. X., 31 года, «фетишист ног» (Fussfetischist) полагает, что уже в шестилетнем возрасте он замечал за собой это пристрастие к ногам. Уже тогда с особенным интересом наблюдал он в родительском доме ноги служанки во время мытья полов. Относительно периода от 6-ти до 11-ти лет у г-на X. сохранились несколько неясные воспоминания. С этого же времени воспоминания, где ноги играли для него особенную роль, становятся снова яснее. Однажды, когда ему было 12 лет, одна молодая девушка в доме его родителей стояла у плиты босая и этим случаем воспользовался г-н X., чтоб сесть на корточки у её ног, под тем предлогом, что он желает смотреть в огонь. При этом он страстно желал коснуться ног девушки или поцеловать их. Между 13-м и 16-м годом своей жизни он мечтает о голых женских ногах. Ему удавалось заставать девушек за мытьем полов, и вид их ног вызывал у него эрекцию: «Фетишизм ног» (Fussfetischismus) сохранился, он проявлялся то по отношении к мужскому, то по отношении к женскому полу. Впоследствии г-н X. вступал время от времени в правильное гетеросексуальное половое общение.
12 случай. X., 25-ти лет, гомосексуалист, со специальной склонностью к солдатам. Он замечал в себе еще в раннем детстве склонность к красивым мужчинам. Когда он еще маленьким мальчиком гулял на променаде, то из встречавшихся ему мужчин особенно сильное впечатление производили на него солдаты. Он вспоминает, что семи лет он позволил солдату взять себя на колени и с большим удовольствием гладил по щеке. Жесткость этих щек доставляла ему удовольствие и он постоянно искал такого же случая. Особенно нравились ему кавалеристы, Начиная с 11-го года ему доставляет особенное удовольствие резко выступающая задние части тела кавалеристов. С течением времени эти последние стали для него истинным фетишем, по его выражению. Молодые слуги начали также впоследствии возбуждать его интерес, но далеко не в такой степени. Гомосексуальность сохранилась.
13 случай. X., 27-ми лет, имел много раз столкновения с судом из-за того, что старался наблюдать женщин в общественных ретирадах [58]. Он имел обыкновение онанировать, когда наблюдал в ретираде половые органы женщины. В 13 лет эта склонность была у него, как он передает, уже ясно выражена. Во всяком случае он полагает, что делал это с целью видеть половые органы. Но он вспоминает из своего детства, что уже 8-ми–9-ти лет он испытывал особенное удовольствие, когда его шестилетняя кузина садилась ему на лицо. Точно также он припоминает, что 5-ти–6-ти лет, забравшись под юбку служанки, он, намеренно прикоснулся лицом к задней части тела. И в этом он находил уже тогда большое удовольствие.

14 случай. X – у теперь 20 лет. Он испытывает половое возбуждение каждый раз, когда думает о побоях. Нет необходимости, чтобы он сам принимал в них активное участие и ему совершенно безразлично, бьет ли мужчина женщину, женщина мужчину или взрослый ребёнка. В каждом таком случае у него является половое возбуждение и он онанирует не иначе, как только с такими представлениями; последнее происходит сравнительно довольно часто. Уже в детстве побои действовали на него раздражающим образом. В возрасте от 7-ми до 9 лет он испытывал при этом удовольствие, а в 10 лет эта особенность проявлялась в нем очень ясно. В эти годы он сравнительно часто бил сам себя палкою, поддаваясь неопределенному влечению доставлять себе этим чувство сладострастия.
Что касается его других половых ощущений, то он отнюдь не равнодушен к женскому полу. Он охотно бывает в обществе женщин, целует их охотно, но в нем отсутствует определенное половое влечение, которое могло бы его привести к половому общению с женщиной. До сих пор он три раза вступал в половое общение, но каждый раз ему удавалось доводить себя до эрекции и эякуляции только при помощи всевозможных искусственных раздражений. Достойно внимания то обстоятельство, что в возрасте от 15-ти до 16-ти лет он вращался в кругу гомосексуалистов и только с трудом удалось удалить его из этого общества.
И в автобиографической литературе мы находим описание такого извращенного чувства. Ульрих фон Лихтенштейн [59], у которого можно ясно установить переживания мазохистского характера, рассказывает о себе, что он уже на 12-м году сделался рабом одной женщины знатного происхождения, красивой, доброй, целомудренной и чистой, обладавшей всеми добродетелями. Известен также пример Руссо, (я вернусь к нему в другом месте), который проследил свою мазохистскую извращенность вплоть до семилетнего возраста. Дальше я упомяну о Ретифе де ла Бретоне [60]. Retif, родившийся в 1734 году, знавший половое чувство, очевидно, еще в детстве, рассказывает в своем сочинении «Monseur Nicolas», которое следует рассматривать, как его автобиографию, что он в 1743–44 году получил пристрастие, сохранившееся и впоследствии, к женским ногам и женской обуви. И в беллетристике находим мы описание аналогичных случаев. Так Золя описывает садистически-мазохистское отношение двоих детей:
«Уже с раннего детства Тереза фон Морзак пользовалась Коломбелем, как козлом отпущения, как игрушкой своих прихотей. Он был приблизительно на полгода старше её. Тереза была ужасным ребёнком. Не то чтоб она казалась дикой и неукротимой; напротив: она была как-то особенно серьезна, что придавало ей вид благовоспитанной барышни. Но у неё были странные причуды и капризы. Когда она оставалась одна, она подымала нечленораздельный крик или дикий вой. С шестого года своей жизни она начала мучить маленького Коломбеля. Он был мал и слаб. Она увозила его в глубину парка под каштановые деревья, где листва образовала как бы навес; здесь она прыгала ему на спину и заставляла его носить себя. Иногда она часами ездила на нем верхом по кругу. Она сжимала ему шею, упиралась каблуками в его бока не давала ему перевести дух. Он представлял собой коня, она даму. Когда он изнемогал и чуть не падал, она кусала его до крови и с такой яростью вцеплялась в него, что её ногти глубоко уходила в его тело.
<...>
Коломбель переносил эти мучения с глухой затаённой злобой. Дрожа, он опускал глаза, чтобы не поддаться искушению задушить свою молодую госпожу. Ему нравилось, когда его били; он испытывал при этом какую-то радость. Он иногда сам устраивал так, чтобы его били; ожидал тогда укола с некоторым трепетом и с удовлетворением чувствовал боль, которую ему причиняла игла».



То, что должно быть сказано, должно быть сказано ясно. Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1521
Зарегистрирован: 26.03.18
Откуда: Deutschland
Рейтинг: 4
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.11.21 02:48. Заголовок: В предыдущем я описа..


В предыдущем я описал целый ряд случаев, где наблюдаемую впоследствии у взрослых специфическую извращенность, можно проследить вплоть до раннего детства. Как я уже разъяснял, является сомнительным, существует ли уже при первом проявлении специфической извращенности предрасположение к ней, причем какое-нибудь внешнее явление служит поводом к её обнаружению, или же это давление имеет решающее значение. Должен быть разобран однако еще один момент и это тем более, что, насколько мне знакома литература, он до сих пор совершенно игнорировался. Большая часть извращенных людей относит свою извращенность к тому времени, когда влечение детумесценции еще не пробудилось.
Так, гомосексуалист указывает, что он в детстве чувствовал своеобразное желание целовать домашнего учителя; «фетишист волос» – что он еще в детстве чрезвычайно охотно перебирал пальцами волосы девушек и т. д. Таким образом, судя по рассказам, стремление совершать такие действия, чувство удовольствия при этом испытываются еще в то время, когда эрекции и эякуляции еще отсутствуют, как и периферические ощущения удовольствия, которые не должны быть смешиваемы с чисто психическими. И для таких случаев возникает вопрос, носило ли это чувство удовольствия половой характер еще в детстве? было ли желание мальчика целовать учителя действительно половым влечением? Обыкновенно, на основании того, что позже половой характер этих действий выступал вполне ярко, принимается, что это чувство удовольствия, связанное с соответственными представлениями и прежде носило половой характер. Такое заключение напрашивается само собой и оно безусловно верно для многих случаев. Но следует обратить внимание на следующее обстоятельство. В действительности психосексуальные процессы ребёнка не столь резко отличаются от других психических процессов, как у взрослого и потому вполне возможно, что специфическая половая извращенность, специфическое половое переживание развивается из соответственного, но пока еще лишенного полового характера переживания ребёнка.
<...>
Несомненно, что многие явления детской жизни не должны быть рассматриваемы, как половые, хотя они находятся с ними в близком родстве. Это правильно также и по отношению к чувству дружбы между мальчиками или между девочками, которое наблюдается в периоде недифференцированного полового влечения или после дифференциации и не должно отождествляться с половым чувством. В это время у мальчиков иногда замечается желание заключить романтический союз дружбы; то же самое мы находим у девочек. Во многих подобных случаях не может быть и речи о чем-нибудь сексуальном. Придется анализировать каждый отдельный случай, чтобы прийти к какому-нибудь выводу. С другой стороны, и в раннем детстве эта склонность может ясно проявиться, как половая, даже и в том случае, если собственные половые органы мальчика не играют при этом никакой роли. Случается, что уже 8-летний мальчик чувствует особенный интерес к половым органам юношей и взрослых мужчин, старается при всяком случае их увидать и в таком случае мы можем, не боясь ошибиться, предположить наличность гомосексуальной склонности, хотя бы она еще не отражалась на половых органах мальчика.
<...>
Тоже самое можно сказать и относительно других видах извращенности, напр. садизма. Склонность к жестоким поступкам проявляется, правда, уже в детстве, однако только впоследствии она связывается с половой жизнью. Но проявление этой связи впоследствии не дает нам права видеть в каждой резкости, в каждом случае дурного обращения проявление садизма, и притом так же мало у ребёнка, как у взрослого. Так напр., злорадство, если его даже рассматривать, как нечто аналогичное садизму, не имеет никакого отношения к половому влечению. Точно также и истязания животных нельзя рассматривать ни у ребёнка, ни у взрослого, как проявления садизма.
Феликс Платтер рассказывает в своей автобиографии, что он еще подростком избрал для себя профессию врача. Полагая, что ему, как будущему врачу, следует приучить себя спокойно смотреть на предметы, возбуждающее отвращение, и желая видеть сердце и другие внутренности животных, он очень стойко присутствовал при их убивании. Он всегда горячо просил разрешения следить за работой мясников. Далее он передает, что он исследовал, имеет ли птичка кровеносные сосуды, можно ли ей пустить кровь, и что она околела, когда он перочинным ножичком перерезал ей жилу. То же самое он делал с майскими жуками и другими насекомыми. Такие и тому подобные поступки детей не имеют ничего общего с половой жизнью. Когда ребёнок вырывает у насекомого ножки или калечит другое животное, у него те же побуждения, как и в том случае, когда он в часовом механизме разбирает один винт за другим. Один и тот же поступок может быть вызван различными мотивами и потому следует с большою осторожностью видеть в каждом жестоком поступке ребёнка проявление садизма или залог его будущего развития.
<...>
психосексуальных чувств в особенности.
Ради полноты я хочу упомянуть еще о двух процессах, которые также приводились в связь с половой жизнью ребёнка: «Exhibitionismus» [61] и «Skatophilie» [62]. Что касается первого, то под этим именем Saségue [63] описал людей, которые показывают другим лицам свои половые органы на известном расстоянии, не производя других непристойных манипуляций и в частности не делая при этом попытки к половому общению. Ковалевский [64] полагает, что наклонность к подобным действиям наблюдается у мужского пола особенно в детстве, при наступлении зрелости и в старости.
«Начальница одного пансиона привела ко мне однажды 14-летнего мальчика, очень интеллигентного и хорошо воспитанного, который время от времени испытывал непреодолимое влечение показать свой орган, когда он встречал маленькую пансионерку. Большею частью ему удавалось преодолеть это ужасное желание, но иногда он ему поддавался. Тогда он чувствовал какую-то истому, сознание и взор затуманивались, все тело, казалось, напрягается и в то же время у него было приятное ощущение в члене и во всем теле. Это состояние продолжалось одну-две минуты, за ним наступала легкая слабость и мучительное чувство стыда. При этом не происходило излияния семени, что у него бывало иногда ночью».

Я никогда не наблюдал этого явления у детей в такой форме. Гораздо чаще дети, мальчики и девочки, охотно показывают друг другу свои половые органы, причем побудительным мотивом служит не половое влечение, а любопытство, о чем я уже упоминал. Во всяком случае, следовало упомянуть об этих явлениях в виду отличия их от подобных явлений у взрослых. Теперь перейдем к «скатологическим» склонностями, детей, которые Havelock Ellis приводит в связь с половой жизнью. Действительно, многие дети обнаруживают до периода зрелости большой интерес к выделениям мочевого пузыря и кишок. Stanley Hall, на которого ссылается Havelock Ellis [65], полагает, что в возрасте 10–12 лет эти явления достигают кульминационного пункта и постепенно исчезают с наступлением сексуальной жизни. Stanley Hall различает в этих явлениях загаживание предметов и лиц в отсутствии взрослых, от своеобразного отношения к этим актам и их продуктам, напоминающего «скатологические» обычаи диких народов.
Факты существования «скатофилии» у многих детей я могу подтвердить на основании многих расспросов, но я не мог убедиться, связаны ли эти явления с половой жизнью. Конечно, такая связь возможна, но отнюдь не всегда. «Скатолические» акты, т. е. такие, при которых играют роль отвратительные выделения, иногда являются следствием мазохизма. В случаях проявления этих склонностей у взрослых мазохистов их не всегда можно проследить до самого детства. В большинстве известных мне случаев эти склонности присоединяются лишь позже к мазохистским переживаниям, даже в том случае, когда последние имели место уже в детстве. Впрочем, я наблюдал случаи противоположного рода. Один господин с высшим образованием, имеющий склонность к Kunnilingus'y [66], уверял меня в существовании её у него в детстве. Другой господин, питавший к задней и некоторым другим частям женского тела интерес сексуального характера, не явившийся следствием излишеств, убеждал меня, что переживал подобного рода чувства в детстве. Уже в возрасте 7-ми лет ему хотелось увидать задние части тела у одной служанки; он относит появление этой склонности к еще более раннему возрасту, когда он случайно увидел эти части тела у своей матери. Его показания обнаруживают фетишизм, приводивший его многократно к отвратительным поступкам. Подобный же случай гомосексуального характера обнародовал я в своей книге: «Die kontrare Sexualempfindung», 3 Aufl. Berlin, 1898.




То, что должно быть сказано, должно быть сказано ясно. Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1522
Зарегистрирован: 26.03.18
Откуда: Deutschland
Рейтинг: 4
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.11.21 02:54. Заголовок: Глава VII. Значение ..


Глава VII. Значение половой жизни ребёнка
Болезненность и ненормальность. Последствия половых явлений. Гигиенические опасности. Общая опасность онанизма. Онанизм без эякуляции. Преувеличение опасности онанизма. Любовное томление и самоубийства. Теория Freud'а. Заразительные болезни. Онанизм и этика. Социальные опасности. Значение их для девушек и для мальчиков. Половая жизнь детей и юриспруденция. Свидетельские показания самих детей. Судебная ответственность самих детей. Интеллектуальная опасность. Сексуальность и альтруизм. Половые ненормальности и избрание профессии. Телесные наказания и мазохизм. Половое любопытство детей. Половая жизнь и искусство. Потомство. Позднее пробуждение полового чувства.
В серьезном и важном вопросе о значении половой жизни для ребёнка, надо различать два момента. Во-первых – знаменует ли собой наступление половых явлений болезненное или вообще ненормальное состояние; во-вторых – какие последствия приносят сами явления? Пример лучше всего объяснит необходимость разграничения этих двух вопросов. Какое-нибудь уродство ушной раковины несомненно указывает на болезненное явление вырождения, но нет основания бояться дурных последствий от самого уродства. Нечто аналогичное может быть и в половой жизни ребёнка: какое-нибудь явление, болезненное по своему происхождению, совершенно не отзывается на здоровье и силе ребёнка. С другой стороны существует целый ряд половых явлений, которые сами по себе так чреваты опасностями, что заслуживают самого внимательного и серьезного изучения.
По первому поставленному здесь вопросу, являются ли половые переживания ребёнка результатом болезненности и ненормальности, по этому вопросу здесь не стоит вдаваться в подробности, так как он непосредственно рассматривался в главе об этиологии. Сошлёмся на стр. 116 и 117. Во всяком случае не следует преувеличивать значения половых ощущений у ребёнка. Правда, по мнению Ribbing'a [85] есть несомненно нечто ненормальное в том, что 13-ти или 14-ти летний мальчик охвачен эротическими представлениями, и это мнение можно признать верным, но только в том случае, когда речь идет лишь о представлениях, но не о соответствующих половых чувствах и ощущениях. Что же касается повышенной половой чувствительности у ребёнка, то на её безусловно патологический характер было нами указано выше (стр. 92).
Подробнее – о втором цикле вопросов, трактующих о последствиях ранних половых явлений. По своей природе эти вопросы чрезвычайно обширны и разнообразны, и нам приходится сталкиваться с различными их сторонами: с гигиеной, с областями социальными, этическими, педагогическими и чисто интеллектуальными. Начнем с гигиены. Каковы же опасности, угрожающие здоровью ребёнка?
Чем раньше появляется половое чувство, тем скорее наступает опасность половых действий, в особенности онанизма. Естественная чувствительность половых органов, связанные с нею ощущения, стремление устранить неудовлетворенное Libido [86], – все это побуждает мальчика к дотрагиванию и трению полового члена. Аналогичное явление замечается и у девочки. Несознательное желание вызвать сладострастные ощущения является первой причиной онанизма, но обычное побуждение устранить неопределенное и неосознанное чувство неудовлетворенности и желания.
Лишь позже, когда ребёнок опытным путем убеждается, что механическое раздражение половых органов связано с сладострастным ощущением, или когда его на этот счет заранее просвещают и развращают, лишь тогда само по себе желание вызвать сладострастное чувство является побудительной причиной онанизма. Само собой разумеется, чем больше ребёнок убеждается, что он путем онанизма может доставить себе приятные ощущения, тем больше растет опасность, в особенности тогда, когда ребёнку совершенно неизвестны вредные последствия этого порока, или, если он о них и осведомлен, то все же не в состоянии с достаточной силой воли противостоять искушению так легко доставить себе удовольствие.

Надо, однако, заметить, что опасности онанизма значительно преувеличены. Когда появилась книга Tissots об онанизме в конце 18-го столетия, отчасти еще и раньше онанизмом стали объяснять целый ряд болезней, как например, нервные и душевные заболевания, или туберкулез спинного мозга. Я не останавливаюсь на картине ужасов, которую рисовали Tissots, за ним Hufeland, а затем и целый ряд авантюристов от медицины. Эти последние, живущие исключительно людской трусостью, изображали все мыслимые тягостные заболевания у обоих полов, как последствия онанизма, и, разумеется, спешили со своими предложениями чудодейственных средств. Казалось, но было ни одного органа, заболевание и расстройство которого, не сводилось некоторыми к влиянию онанизма. Поражение матки, перемещение её, нарывы, рак, спазмы желудка, бели, нимфомания, – всё это должно было быть последствием онанизма.
В действительности, эти мнения более, чем ошибочны. Я сильно сомневаюсь, чтобы последствия при онанизме были всегда вреднее и неблагоприятнее, чем при совокуплении. На основании моих личных наблюдений, я пришёл к тому заключению, что главный вред онанизма заключается в том, что истрачиваемые на него физические и духовные силы потрясают всю нервную систему гораздо более, чем при нормальном половом общении Большее потрясение и возбуждение нервной системы уже по одному тому должно иметь место, что онанистический акт слишком часто и многократно повторяется; при этом надо заметить, что в легкости, с какой он достигается, и лежит самая главная опасность. Но чем чаще повторяется акт, тем больше растет потребность в повышении степени возбудимости, тем больше, следовательно, тратится телесной и душевной энергии и тем сильнее напрягается нервная система. Таким образом, мы должны искать опасность потрясения нервной системы: во-первых в частом повторении онанистического акта, во-вторых – в соответствующем росте и усилении возбудимости. В этом смысле онанизм и может оказаться вреднее нормального полового общения, который, если и в состоянии повлиять в гигиеническом смысле неблагоприятно, все же не требует таких интенсивных физических и душевных напряжений. При нормальном совокуплении благоприятно действует то обстоятельство, что оно является непосредственным проявлением чувства, не нуждается в особенном напряжении воображения и не требует никакого искусственного, механического возбуждения. Таким образом, сильное напряжение, к которому многие должны прибегать, чтобы в короткое время несколько раз повторить акт совокупления должно действовать равносильно работе воображения при онанизме. Отсюда то сходство и то различие, которое можно провести между онанизмом и нормальным половым актом. Под этим же углом зрения и нужно рассматривать онанизм, как вредный и опасный порок.
Многие утверждали, что общие опасности онанирования ограничиваются лишь детьми и юношеством, и объясняли это тем, что у последних недостаточно развиты половые органы. Но это утверждение не было доказано, как общее правило. Мы говорим здесь о тех случаях, когда онанирование сопровождается уже извержением семени, но когда половая зрелость еще далеко не наступила. Теоретической предпосылке, что онанизм особенно вреден там, где половые органы еще недостаточно развиты, можно противопоставить другое утверждение, что опыт и упражнения сами по себе содействуют росту и развитию органов. В такой заколдованный круг заводят нас теоретические, не проверенные опытом рассуждения. Что касается меня, то я в оценке последствий онанизма схожусь в существенном с Aschaffenburg'ом [87] который в этой области опроверг много преувеличений. Опыт показывает, что почти все мужчины, здоровые и больные, добродетельные и порочные, средним числом несколько лет, в конце второго и начале третьего периода детства, онанировали один или несколько раз в неделю. По какому же праву можно при таких данных, даваемых опытом, утверждать, что опасность при всяких условиях вредно отзывается на здоровье. Конечно, можно возразить, что вся эта масса мужчин развивалась бы правильнее и лучше, если бы они не онанировали. Но где же данные, которые убедили бы нас в том, что молодые люди, сумевшие воздержаться от онанизма, в позднейшем были здоровее и сильнее? Наоборот, я знаю таких, которые никогда не онанировали, некоторые потому, что не чувствовали в этом потребности; некоторые – из религиозных и нравственных мотивов. И в обеих группах людей я встречал те же симптоматические заболевания, который Tissots со своими последователями считают исключительным результатом онанизма, и я никак не мог убедиться в том, что воздержание от онанизма даёт особую гарантию и защиту от заболеваний и, если я не утверждаю, что те болезненные явления, которые я наблюдал у моих пациентов, являлись как раз результатом отсутствием онанизма, то почему же должно быть верно противоположное допущение, что именно онанизм и является причиной всех болезней у онанистов. Я думаю, что многие из тех, которые не онанировали, с детства были предрасположены к заболеваниям. Насчёт этих предрасположений, – разумеется, не по отсутствии онанизма, – я и отношу главным образом множество расстройств нервной системы, причем именно у таких субъектов и наблюдаются сравнительно пониженная и слишком поздняя половая возбудимость.
С отрицанием опасностей общего свойства, как непосредственных последствий онанизма, разумеется еще не доказано, что онанирование у ребёнка совершенно безразлично для его здоровья. Выполнение акта слишком легко, и опасность заключается в том, что он, часто повторяясь, превращается в привычку. Когда мастурбант прибегает к слишком сильно, физически и душевно, возбуждающим средствам, тогда этот рост возбуждаемости становится серьезной опасностью. Продолжительное, часто повторяемое онанирование ведет усиленным темпом к развитою импотенции. Мастурбант, привыкший рукой, или другими средствами, возбуждать свои половые органы, позже становится совершенно нечувствительным к нормальному и естественному возбуждению. Все проявления последнего, которые разыгрываются отчасти в виде внутреннего процесса в органах, отчасти в виде проходящих извне, но нормальных психических переживаний, вплоть до наступления естественных процессов эрекции и истечения семени, – всё это становится недоступным мастурбанту. Ближайшим образом это относится к мужскому полу, но и у женщин наблюдаются аналогичные процессы. Правда, женщина является при половом акте пассивной стороной, у неё нет явления эрекции, но и у неё годы, проведенные в детстве или более зрелом возрасте в онанизме, приводят к тому, что чувство сладострастия и удовлетворения равно, как и истечение, отсутствует при нормальном половом общении.
Я сильно сомневаюсь в том, чтобы благодаря онанизму, как многие утверждают, развивались сексуальные ненормальности, как например гомосексуализм. Такой болезненной ненормальности могут способствовать лишь исключительные моменты, особенно природная предрасположенность, или чрезмерное культивирование ненормальной игры фантазии, как это может легко развиться при онанизме. Во всяком случае, общая неврастения является более частым и естественным последствием чрезмерного онанизма, чем половая патология.
Я должен однако заметить, что понятие «чрезмерное онанирование» я употребляю в относительном смысле. То, что для одного является вредным эксцессом, для второго может им и не быть. Я видел детей, которые, благодаря раннему пробуждению половой жизни, с самых молодых лет предавались онанизму, и все же никаких серьёзных повреждений здоровья я у этих детей не замечал. По истечении пятнадцати и более лет я видел таких детей уже взрослыми, и да будет мне позволено сложить себе по этому поводу вполне определенное мнение. Надо считаться еще с тем, что когда молодой мастурбант начинает позже проявлять нервное болезненное состояние духа, то это часто ничто иное, как результат нервного страха, охватившего его после слышанных им подробностей о тяжелых последствиях онанизма. В таких случаях здоровье мастурбанта пошатнулось не от самой мастурбации, но от боязни её последствий. Нам известны случаи, когда популярная лекция на тему об онанизме пагубно действовала в указанном выше направлении Сколько нервных расстройств и симптомов психических заболеваний кроется в тех упреках, которыми из побуждения морального свойства осыпают себя многие, иногда уже в детстве, чаще позже, в более зрелом возрасте. Чрезмерный страх, что совершен грех, или проступок против нравственности, лучше всего объясняет добрую долю тех расстройств, которые многие относят непосредственно к влиянию самого онанизма. Но пусть же опасность мастурбации не будет недооценена, но и не преувеличена. Повторяю, я не думаю, чтобы онанизм у детей, по грозящим им опасностям, существенно отличался от онанизма взрослых, но мне представляется, что онанирование, вызванное внутренним побуждением и потребностью, не должно отзываться на ребёнке так же вредно, как в том случае, когда физические и психические возбуждения искусственно созданы и механически вызваны.

Там же, где онанирования не продолжительны и не часты, там опасность наименее значительна; там, пожалуй, и промежуток в несколько лет не должен казаться чрезвычайно большим; по крайней мере опыт и практика предостерегают нас от переоценки вредных последствий даже годами продолжавшегося онанизма.
Особо остановимся здесь на онанизме, который имеет место еще до полного созревания семени, следовательно, приблизительно до 14-го или 15-го года. Sérè [88] усматривает в оргазме без эякуляции серьёзную опасность и сравнивает её с явлением нервных переутомлений. Духовная подавленность онанистов, их усталое выражение лица, расширенные зрачки, замедленные движения, – всё это и объясняется таким образом той тратой нервной энергии, которая имеет место при оргазме. Вместе с расстройством физического здоровья наступают и духовные дефекты, как понижение внимательности, ухудшение памяти, сонливость (Somnolens), вплоть до нарколепсии. По мнению Féré, все эти нервные психические симптомы установлены точными исследованиями. Динамометрические исследования у детей, подверженных онанизму, давали будто бы понижения силы чуть ли не до половины; в значительном же уменьшении внимательности убеждал будто бы опыт, заключавшейся в том, что онанистических детей заставляли начертать определенную букву на определенном месте страницы в книге, и дети при этом делали грубые ошибки. Я не разделяю того мнения, что этот, так называемый, точный опыт, имеет большую цену, так как часто предвзятость экспериментатора и сила внушения должны были играть здесь не последнюю роль. Даже тогда, когда нервное переутомление опытным путем вполне доказано, все же нет еще основания умозаключить, что мы имеем дело с продолжительной и серьезной ненормальностью, а не с преходящим явлением; тем более, что не всякое нервное переутомление представляет собою патологическую ненормальность; часто оно является даже предвестником более здорового состояния.
С клиническим материалом, который должен доказать безусловную опасность онанизма без эякуляции, надо обращаться весьма осторожно. Подобно большинству авторов, я раньше тоже учитывал все вредные последствия такого онанизма. Теперь же я этого сделать без оговорок не могу, и по следующим соображениям. За время моей врачебной деятельности ко мне неоднократно обращались за советом по поводу онанизма у детей. Многие из этих случаев моей практики происходили десять, пятнадцать, а некоторые и двадцать лет тому назад. И вот, в самое последнее время я взял себе труд поинтересоваться, что стало с моими прежними клиентами. Сведения я, правда, получил только от части пациентов, которых я когда-то пользовал, но и то, что я узнал, было достаточно, чтобы поразить меня. Дети, годами онанировавшие в возрасте восьми, девяти и десяти лет, поразительно хорошо развивались, как юноши и мужи. Моих пяти, шести-летних пациенток-онанисток я имел возможность видеть пятнадцать, двадцать лет спустя и подробно расспросить их самих, или их близких о здоровье и самочувствии. Многие из них были уже замужем, и меня опять поражало, как мало неблагоприятных последствий оставила у них давняя детская привычка, неотменно считаемая всеми вредной и пагубной. Особенно мало неблагоприятных результатов давали те случаи, когда дети не доводили акта до оргазма, а онанировали, чтобы доставить себе местным легким раздражением сладострастные ощущения. Но даже и там, где были оргиастические явления без семяизвержения, все же не наблюдалось разрушительных действий онанизма. Значительно сильнее действуют последние тогда, когда оргазму предшествует длительное половое возбуждение, искусственно вызываемое, чтобы подготовить сладострастное ощущение; в таких случаях последствия гораздо серьезнее. Правда, мне известны лица, у которых онанизм не сопровождался искусственно вызываемыми длительными раздражениями, и которые после онанизма все же подвергались различным заболеваниям, в особенно неврастении. Но эти лица часто носили на своих плечах все тяжести наследственности, и было трудно установить, где кончается наследственность и другие аномалии, как причины расстройств их здоровья, и где начинается влияние онанизма. Вероятно, наследственная предрасположенность делает нервную систему неспособной противостоять всем вредным последствиям онанизма, тогда как с зародыша здоровый организм закаляет ее и делает способной на отпор и выдержку.
На основании всего вышесказанного об онанизме у детей, я позволю себе утверждать:
Не доказано, что детский онанизм с излиянием семени, или без него, при всяких условиях опасен. Опасность увеличивается при продолжительных и частых повторениях онанистического акта, далее, при искусственном растяжении сладострастных ощущений, а также при болезненной наследственной предрасположенности.
Примеры, собранные мной за многолетнюю практику, по моему, прекрасно иллюстрируют мою мысль, что даже мастурбация у детей не всегда и неизбежно ведет за собой серьезные повреждения.
15 случай. Мать четырехлетней девочки начала замечать, что ребёнок при всяком удобном случае подносит руки к половым органам, часто закладывает ножку на ножку и производит ими разные двигательные манипуляции. Далее, замечались время от времени колебательные движения, а напряженное выражение лица заставляло предполагать процесс, близкий к оргазму. Напрасны были всевозможные средства лечения. Ребёнок был ещё слишком молод и невосприимчив, чтобы можно было применить гипнотическое лечение, меры же механического воздействия оставались безрезультатны. Почти пять лет продолжались эти явления, и всё это время я пользовал больную девочку и наблюдал ее. Она поступила в школу, прекрасно училась, физически она тоже хорошо развивалась. Потом я долгое время ничего не слыхал о ней, хотя часто встречался с её родными. Прошло еще восемь лет, я вспомнил о четырехлетней онанирующей девочке, и навёл о ней справки. Она была уже молодой восемнадцатилетней дамой. В возрасте четырнадцати лет замечалась в течение нескольких месяцев особая бледность лица, но каких-нибудь более серьезных болезненных явлений не было и помину. Исчезла ли окончательно мастурбация нельзя было в точности установить, во всяком случае, с девятилетнего возраста не наблюдалось ни искусственного возбуждения, ни онанистических явлений. Теперь же она совершенно здорова.
16 случай. Ко мне привели восьмилетнего мальчика. Было замечено, что он очень часто ночью подносит руки к половым частям, и притом независимо от того, спит ли он или бодрствует. Мать и воспитательница его утверждали, что еженощно он проделывает то же самое. Это продолжалось несколько лет. Никакие средства не помогли. Пробовали даже связывать ему крепко руки на ночь, и он освобождался от своих оков. С большими промежутками онанирование продолжалось еще несколько лет, и вот я увидел этого субъекта 24-х летним молодым человеком. Ни одного симптома ненормальности я не мог в нем заметить. Он нормально отправляет свои половые функции, импотенции нет. Неврастении нет и следа.
До сих пор я говорил лишь об опасностях онанизма. Нет нужды упомянуть, что нервная система может быть повреждена и другими половыми актами ребёнка, например, преждевременным половым общением. Вообще, чем раньше пробуждается половая жизнь, тем больше места ненормальностям и заболеваниям.





То, что должно быть сказано, должно быть сказано ясно. Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1523
Зарегистрирован: 26.03.18
Откуда: Deutschland
Рейтинг: 4
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.11.21 02:55. Заголовок: Теперь нам нужно ост..


Теперь нам нужно остановиться на тех последствиях, которые проистекают не от полового общения, а, наоборот, от любовного томления и любовной неудовлетворенности. У детей, предрасположенных к нервности, эти последствия могут достигать больших размеров и вызвать тяжелые нервные потрясения, и, но мнению Bella, в особенности тогда, когда причиной их является разлука с любимым существом, или отвергнутое чувство. Bell приводить даже случаи самоубийства, причиной которого являлась смерть любимого человека. Это имело место с одним восьмилетним и одним девятилетним мальчиком, и одной девятилетней и одной одиннадцатилетней девочкой.

Eulenburg [89] который специально занимался изучением самоубийств среди учащихся, находит между другими причинами и те, о которых мы говорили выше: знакомство с миром любовных отношений, несчастную любовь, чувство к замужней женщине, любовное томление, ожидаемое исключение из школы, к которой проявляется слишком большое равнодушие из-за любовных связей. Разумеется, случаи, указанные Эйленбургом, относятся уже к более зрелому школьному возрасту. Так, Эйленбург рассказывает об ученике одного из старших классов, который сошелся с 16-ти летней девочкой, ученицей женского учебного заведения. Законоучитель об этом узнал и, разумеется, энергично выступил против молодых возлюбленных. Другие случаи, рассказанные Эйленбургом также относятся к ученикам уже старшего возраста, успевшим приобрести некоторый жизненный опыт; причем дело нередко доходило до взаимного убийства, или совместного самоубийства. В других больших трудах по вопросам самоубийства и, в особенности, самоубийства среди детей, я нашел, сравнительно мало материала по интересующему нас вопросу Briere de Boismont [90], правда, упоминает о самоубийстве детей из-за ревности, но речь идёт здесь не о любовной, а о ревности общего характера, которая может измучить ребёнка из-за предпочтения, оказываемого его брату или товарищу. Но, если эти тяжелые явления большей частью, а, может быть, и исключительно имеет место среди детей, то почему же не могут дать последнего решительного толчка к самоубийству потрясения эротического характера? Впрочем, такой тяжелый конец сравнительно редок.
Раньше мы видели, что на онанизм указывали, как на причину различнейших заболеваний, точно также Freud [91] и его последователи все стараются свалить на половые переживания детей вообще. Так, Freud объясняет всякий невроз (неврастения, мания преследования, истерия) настоящими, или раньше пережитыми половыми потрясениями. Истерия и мания преследования, по его мнению, является последствием пережитых половых эксцессов в раннем детстве; остальные – происхождения более позднего времени. Сначала Freud предполагал, что детство истеричных, всегда изобилует половым извращением в котором главную роль совратителей играют взрослые или более старшие дети; вскоре он, однако, изменил свое мнение и нашел, что на развитие истерии, главным образом, влияет игра воображения, свойственная периоду полового созревания. Позже Abraham [92] указал на то, что даже, так называемая, dementia praecox [93] имеет своим происхождением половые переживания. Но мне кажется, что утверждения Freud'a нельзя считать доказанными; и что он недостаточно глубоко осветил им самим и другими сделанные наблюдения в этой области. Не может быть и речи ни о том, что вышеназванные неврозы всегда имели своей причиной половые потрясения, ни в равной мере и о том, что всякое половое переживание детства должно обязательно вызвать указанные нервные заболевания. В доказательство своей теории Freud и его последователи опубликовали целый ряд показаний больных об их собственных болезнях. Но я должен сознаться, что показания эти меня ни в чем не убедили. Наоборот, мне казалось, что многое, о чем рассказывали больные, им внушено, и что таким образом не обращено достаточного внимания на возможность ошибок и неточностей в воспоминаниях пациентов. У меня получилось впечатление, что Freud и его адепты постарались положить теорию Freuda в основу рассказанных им историй в гораздо большей степени, чем эти истории сделать основой своей собственной теории. Далее, Freud старается доказать свои положения психологическим анализом. Но все его толкования при этом так произвольны, что ни об одном его утверждении нельзя говорить серьезно. Грёзы и сны он по собственному усмотрению ухитряется толковать символически, а целый ряд определенных и установленных явлений он совершенно произвольно считает выражением половой жизни. В произвольном построении мнимых символов, по-моему, и заключается главный источник его ошибок.
Итак, нельзя допустить, чтобы истерия и другие неврозы всегда, или даже лишь в подавляющем числе случаев, объяснялись мастурбационными или другими половыми актами у детей. Нельзя вообще забывать, что всякая болезнь часто имеет до дюжины и больше причин, и если одна из них и является главной, то нельзя все же произвольно, по усмотрению выхватить любую из них. Я далек от того, чтобы совершенно отрицать ту роль, которую половая жизнь ребёнка может сыграть для более поздних нервных осложнений, но это имеет место в сравнительно малом количестве случаев, что и заставляет нас воздержаться от преувеличений.
Не только на нервной системе отзывается половая жизнь ребёнка, но, разумеется, и на всем состоянии его здоровья. Половые заболевания вообще являются в большинстве случаев результатом полового общения, и каждому поэтому понятно, что чем преждевременнее пробуждается половая жизнь, тем благоприятнее становится почва для всевозможных опасных половых заражений. Последние, правда, сравнительно редко являются последствием половых сношений самих детей; большей частью их заражают взрослые – люди с извращенными половыми потребностями, преступно злоупотребляющие детской беспомощностью. Бывали, однако, случаи, когда у детей наблюдались половые инфекции, благодаря их собственным половым сношениям.
Так Jullien [94] посвящает целую главу массе материалов о триппере у детей: «Во многих случаях, – рассказывает он, – еще совсем маленькие, но рано созревшие мальчики уже входили в половое общение, и при этом они вполне сознательно отдавали себе отчет в своих действиях. В Париже вы часто встретите в приемной врача-специалиста по половым болезням какого-нибудь юнца, который с некоторым чувством гордости пришел посоветоваться о венерической болезни. Уже тот факт, что они свободно и вызывающе держатся в приемных врачей по половым болезням, говорит за то, что дети хорошо осведомлены об источниках их заболеваний». По мнению того же Jullien'a, венерические заболевания детей потому принимают опасный вид, что дети часто долго скрывают свою болезнь в надежде избегнуть наказания. Barthélemy сообщает следующий факт. Родители заявили врачу, что их мальчик очень часто мочится и что он вынужден для этой цели часто оставлять класс. Когда его исследовали, у него нашли катар мочевого канала, который является обыкновенно результатом детского триппера. Что же касается девочек, то я сам знаю еще не зрелых в половом отношении детей, зараженных триппером. Большей частью заражение происходит более старшими, но очень часто дети заражаются в половом общении между собой. Что касается детского триппера, то с некоторыми особенностями он сопровождается в общем всеми теми болезненными явлениями, которые аналогичны трипперу у взрослых: те же боли, воспаления придатков с атрофией, воспаления мочевого пузыря, у девочек – воспаление слизистой оболочки влагалища. Разумеется, возможны и другие инфекции: мягкий шанкр и сифилис. Но о них достаточно упомянуть. Если разногласия по поводу этих заболеваний в медицине еще не исчерпаны, то все же во врачебных кругах существует вполне определенное мнение по поводу их наиболее важных и серьёзных проявлений.

За рассмотренными выше опасностями, которыми половая жизнь ребёнка угрожает его здоровью, следуют еще более серьезные последствия этического и социального характера. И здесь нам приходится сначала остановиться на онанизме, в оценке которого мы прежде всего должны отрешиться от всякой проповеднической морали. Еще никому не удалось ответить на вопрос, почему онанизм – явление антиморальное; вместо аргументов было произнесено по этому поводу много прекрасных речей. Наоборот, много соображений за то, что бывают такие случаи, когда в онанизме надо признать даже нравственную ценность. Это имеет место тогда, когда субъект, одержимый непоборимой чувственностью, может причинить вред другому лицу, заразив его инфекционными болезнями, или преступно пользуясь неестественными половыми отношениями; вместо этого он находит чувственное удовлетворение в онанизме. Я неоднократно указывал на это обстоятельство в тех случаях, когда преступления на половой почве делались достоянием суда. Представьте себе человека, страдающего преступной половой склонностью к малолетним и с трудом умеющего владеть собой. Не признаете ли вы в высокой степени нравственным, если такой человек ищет в онанизме удовлетворения своей похоти, и этим путем воздерживается от преступного прикосновения к детям? Но если все же онанизм общепринято считать безнравственным, то, очевидно, для этого имеются глубокие причины общего характера. В первую голову надо поставить усвоение массами и проповедуемый официальной теологической моралью взгляд, по которому нравственными считаются лишь законные и дозволенные половые сношения. т. е. брачное общение; безнравственным же – всякое, так называемое, незаконное, т. е. внебрачное общение. Этот критерий законности, заимствованный исключительно из религиозной морали и приложенный к онанизму, разумеется, делает его незаконным, а этим самым и безнравственным. Под сильным влиянием церкви такой взгляд распространяется в широких кругах населения, привыкшего игнорировать многие практические соображения, в особенности то обстоятельство, что браки обыкновенно заключаются долгое время спустя после наступления половой зрелости. Резким осуждением не легализированного церковью полового общения теологическая мораль имеет здесь в виду укрепить в сознании масс ту мысль, что только брачное сожительство, освященное религиозным благословением, и является исключительно допустимым и законным половым общением. Даже представители широких слоев населения, резко высказывающиеся в частных разговорах и на политических собраниях против господствующей церкви, почти никогда не решаются на гражданские браки и всегда скрепляют свои союзы церковным венчанием, – так велико ценится разрешение официальной религии. Следующее же соображение имеет решающее значение для морального осуждения онанизма. Как мы раньше видели, в продолжительном злоупотреблении онанизмом заключается серьезная опасность для здоровья. Всякое же произвольное или бессознательное действие, направленное к разрушению тела или духа, считается безнравственным, если это разрушение не оправдывается какой-нибудь высокой целью (врач, производящий над пациентом серьезную операцию, чтобы спасти его от смерти). Вот каковы соображения для морального осуждения онанизма, и если они на первый взгляд недостаточны, все же они создают атмосферу отрицательного к нему отношения. Критерием такого народного воззрения, служит этическая оценка личных и общественных интересов. Народный инстинкт, или, скажем, народная совесть осуждает, как безнравственное, всякое явление, моральная санкция которого могла бы принести тяжелый ущерб личности или обществу.
Своим моральным осуждением народная совесть создает здесь таким образом известную защиту от распущенности и вредных для здоровья эксцессов. Что же касается специально онанизма, то не надо забывать, что его выполнение чрезвычайно легко, и моральная санкции могла бы распространить его до грандиозных размеров. Нет надобности подчеркивать, что это идет против общих интересов. Не говоря уже о возможности заболеваний, надо принять во внимание и то обстоятельство, что распространение онанизма ограничивает нормальное половое общение, не только внебрачное, но и законное. Чем удобовыполнимее какой-нибудь вредный акт, тем старательнее общество своим осуждением охраняет себя от него. Такие нравственные оценки у каждого отдельного лица могут и не быть логически обоснованы, тем труднее опровергать их соображениями логики. Но они обусловлены общественными интересами, а потому даже желательно, чтобы всякая логика оставалась бессильна против них. Я допускаю поэтому, что врачи и воспитатели в каждом конкретном случае могут и снисходительно судить об онанизме, и даже, как мною указано выше, в известных случаях допускать его, как нравственно разрешенный акт.
Это нисколько не должно отозваться на общем осуждении, несомненно правильно относящемся к онанизму, как к акту, общественно вредному, чреватому многими тяжелыми последствиями. Уже для одного того, чтобы не мешать нормальному общению между мужчиной и женщиной, народная совесть должна осудить главного врага его – онанизм. С этим еще тесно связаны другие, неясно осознанные мотивы. Так как онанизм возможен без второго лица, то при распространении его, как нравственно дозволенного акта, мужчина совершенно не стал бы бороться за обладание женщиной, и нравственная ценность последней значительно бы уменьшилась. Аналогичные соображения, понятно, имеют место и при онанизме у женщин. Необходимость спаять оба пола, как нужных друг другу существ, и заставляет народную совесть осудить онанизм. Недаром в действительной жизни играет такую громадную роль любовь и все сопровождающие её психические переживания, а последние достигают наибольшей высоты лишь в общении полов. Таким образом нужно считаться с установленным фактом, что онанизм осуждается, как безнравственный и недопустимый акт, и это осуждение, как мне кажется, вполне объясняется вышеприведенным образом. И вот почему ребёнок с рано пробудившейся половой жизнью, неизбежно приводящей его к онанизму, доходит до поступков, противоречащих общепринятым этическим воззрениям.
В тесной связи с этическими надо рассмотреть и опасности социального характера; часто они взаимно переплетаются. В отдельных случаях слишком рано пробудившаяся половая жизнь ведёт к проституции, на что указано еще Lombroso и Ferrero [95]. В главе, посвященной вопросу о ранней половой зрелости, они доказывают, что в Италии этот момент играет бóльшую роль, чем где бы то ни было. Характерно также, что в эротической литературе женщины, наиболее знаменитые своими любовными приключениями, прославляются, как очень рано созревшие в половом отношении. Начиная с прекрасной Елены, которую, по некоторым источникам, уже в семилетнем возрасте, по другим, в двенадцатилетнем Тезей лишил невинности, и кончая современной литературой, мы находим раннее половое развитие характерной особенностью всех описываемых героинь. При преступном развращении детей, раннее половое развитие последних играет также громадную роль, хотя оно установлено не во всех случаях этого рода. Во всяком случае, едва ли оспорим факт, что развитое половое чувство у детей облегчает преступникам овладеть своими жертвами.
Tardieu [96] наблюдал при изнасиловании малолетних девочек такие случаи, когда акт изнасилования повторялся несколько раз. Из шестидесяти наблюдавшихся им случаев, двадцать девять относилось к девочкам моложе 11 лет, и двадцать шесть к возрасту между одиннадцатью и пятнадцатью годами, и, по мнению этого автора, у всех этих жертв прежде всего бросается в глаза чрезвычайное развитие половых органов, равно, как и чрезмерная половая зрелость, не соответствующая возрасту и общему телосложению девочек. Во всяком случае, Tardieu имел здесь в виду чисто физические свойства половых частей, и он был склонен объяснять этот факт совершенным половым актом. Но может быть это взаимоотношение надо рассматривать с другой стороны. Много наблюдений говорят за то, что эти дети потому и падали жертвами гнусного покушения, скорее чем другие, что благодаря рано созревшему половому инстинкту, они обладали уже сильными половыми побуждениями.


Kisch [97] тоже наблюдал преждевременное половое общение, как результат раннего полового развитая. Он приводит даже факты, когда маленькие девочки беременели и рожали. Девочка, у которой с первого года показались менструации, на 10-м году родила (Montgomery). Девочка с началом менструаций на 9-м году жизни, вскоре после этого забеременела. Знаменитый, рассказанный Haller'ом случай, когда девочка родилась с волосами на половых частях (Schamhaare), на втором году менструировала, а на девятом была способна к деторождению. Такая же девочка на четвертом году менструировала, с восьмого года регулярно вступала в половое общение, а на девятом родила (Molitor). Девочка с менструациями в два года, волосами на половых частях в три года, забеременела на восьмом (Carus). Сюда относится также рассказанный Мартином случай, когда американская женщина сделалась бабушкой на 26-м году своей жизни. Lautier рассказывает, что он во время своего путешествия по Греции встретил женщину 25 лет, имевшую уже 13-ти летнюю дочь.
Являются ли эти отношения с малолетними девочками результатом благоприятно развитого раннего пробуждения самих девочек, или, наоборот, это пробуждение культивируется и разрастается, благодаря раннему половому акту, – в обоих случаях последствия самые плачевные и очень часто они ведут к полному падению девушки. Не говоря уже о моральных потрясениях, сопровождающих такие ранние половые сношения, не говоря о возможности рождения ребёнка и преждевременного материнства, не надо забывать того, что при современных культурных условиях потеря девичьей невинности кладет вечное пятно на девушку. Нередко поэтому такие девушки опускаются в омут проституции и гибнут.
Точно так же обстоит дело и с мужским полом. Мальчик с преждевременной половой зрелостью возбуждает вожделения тех взрослых женщин, которые преступно соблазняются детским возрастом. Преждевременная зрелость мальчика в данном случае только облегчает задачу этих женщин. Ту же похоть эта зрелость может возбудить у гомосексуальных мужчин, причем благоприятствующим моментом служить еще недифференцированность полового влечения. Чрезвычайно много гомосексуалистов направляют свою похоть исключительно на мальчиков, часто идущих им навстречу, благодаря пробудившимся уже половым желаниям. Но смотря на большое количество материалов, которые мне удалось собрать за много лет практики, я все же был поражен, когда в самое последнее время я встретил гомосексуалистов, считавших своим естественным и само собой понятным правом поддерживать половые сношения с мальчиками. Не говоря уже о том, что от таких сношений гомосексуальность разрастается, хотя и заинтересованные в том люди на все лады опровергают это, здесь надо еще учесть весь тот громадный физический и нравственный вред, который приносится в этих случаях мальчикам. Большей частью эти мальчики становятся на торную дорогу мужской проституции как в аналогичных случаях павшие девочки кончают улицей… Особую опасность представляют сексуально уже пробудившиеся дети для окружающей их среды. Случается, хотя к счастью сравнительно редко, когда дети входят в половое общение между собой. Судебная медицина неоднократно задавалась вопросом, в каком возрасте мальчик становится способным к половому акту. Я же совершенно не сомневаюсь, что уже во втором периоде детства, самопроизвольные эрекции у сравнительно многих мальчиков вполне достаточны для того, чтобы они могли вводить член, причем, это введение во влагалище может быть затруднено девственной плевой. Pouillet [98] даже утверждает, что все мальчики в самом раннем детстве уже способны к эрекции, и предлагает в доказательство следующий эксперимент, который, однако, слишком вреден, чтобы прибегать к нему. Если перышком пощекотать край головки у спящего в колыбели ребёнка, то замечается немедленное вздувание члена и реагирование дитяти в виде рефлекторного хватания за половой орган. Таким образом мальчики с преждевременно пробужденным половым побуждением могут сделаться своим стремлением к совокуплению чрезвычайно опасными для маленьких девочек. Еще чаще опасность можете выразиться не в совокуплении, а в других неблаговидных поступках, как трение и дотрагивание, могущих произойти в самых разнообразных формах. Сравнительно часто бывают случаи взаимного онанирования между детьми, чаще несомненно между мальчиками, чем между девочками, или между мальчиком и девочкой. Ferriani [99] собрал несколько фактов между малолетними преступниками. Он различает у мальчиков две группы, между десятью и четырнадцатью годами и между четырнадцатью и восемнадцатью. Из первой группы он делал исследования над половой жизнью 69 мальчиков, и из второй группы – над 48 мальчиками. Из первых 69 случаев он установил 49 случаев онанизма, 25 манипуляций со ртом, 12 активной педерастии и 17 пассивной. Разумеется, этих случаев нельзя обобщить, так как речь идете о существах, морально испорченных с самого раннего детства, попавших в смирительный дом за кражу, нищенство, бродяжничество.




То, что должно быть сказано, должно быть сказано ясно. Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1524
Зарегистрирован: 26.03.18
Откуда: Deutschland
Рейтинг: 4
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.11.21 02:56. Заголовок: Мы видим таким образ..


Мы видим таким образом, какая морально испорченная среда создается там, где возможны взаимные половые совращения между детьми. Девочки, также как и мальчики подвергаются опасности совращения, как мальчиками, так и рано созревшими девочками. В частности, как мною было указано выше (стр. 54), эта опасность относится к родным братьям и сестрам. Из известных мне из этой области случаев, был один, когда мальчик вступил в неестественные половые отношения со своей едва достигшей восьмилетнего возраста сестрой, и продолжал эти отношения даже тогда, когда он достиг 29-летнего возраста. Forel [100] не без основания усматривает серьезную опасность в совратительных наклонностях молодых гомосексуалистов, подвизающихся как в интернатах для мальчиков, так и в пансионах для девиц. Конечно, при этом часто играет роль простая недифференцированность половых стремлений совратителя, в других же случаях уже ясно выраженные признаки гомосексуальности. Позволю себе привести несколько примеров, взятых мною из литературы по вопросам преждевременной половой зрелости у детей. В одном таком случае, рассказанном Форелем, речь идет о девятилетней девочке. Она подыскивала ровесников или более молодых мальчиков, которых ей удавалось возбудить и совратить. Она это делала так искусно, что повреждениями половых частей ей удалось одного своего младшего брата довести до медленной смерти и у второго серьезно повредить мочеиспускательный канал и мочевой пузырь. С одним старшим мальчиком она поддерживала постоянные сношения. Я не мог получить относительно этой девушки никаких данных о наследственной предрасположенности; но такие индивидуумы позже кончают преступлениями, или по крайней мере, бесстыднейшим онанизмом или профессиональной проституцией». Я хочу здесь передать один случай, который в свое время немало нашумел во Франции.
«Молодой 13-летний Jleo покупал за цену, колеблющуюся между двумя су и конфеткой, благосклонность 11 невинных девочек, что последние и подтвердили. Многих других детей родители заставляли молчать, чтобы избегнуть публичных унизительных объяснений. Лео – сын порядочного человека, по профессии ламповщика и сапожника. Его мать покинула семейный очаг; отец должен был часто отлучаться из дому; мальчик оставался один. Тогда он завлекал окрестных девочек одну за другой в мастерскую отца, и входил с ними в половое общение. Однажды он заманил к себе пятилетнюю девочку; брат последней посмотрел в окно и увидел, как Лео «posait pour le tors», совершенно раздетый перед его сестрицей, Марией. В конце концов об этом узнал участковый полицейский комиссар, и тогда было установлено, что мальчик уже изнасиловал почти десять девочек со всей окрестности. Он собирал даже в свою квартиру нескольких таких же испорченных негодяев-мальчишек, и, как настоящий будущий Казанова, устраивал празднества и оргии. Этот мальчик предстал перед судом».
<...>
Что касается интеллектуальной стороны вопроса, то мы в первую очередь должны отметить, что благодаря развитию и раннему пробуждению половой жизни, ребёнок слишком предается половым грёзам и отвлекается поэтому от непосредственных занятий. Я наблюдал случаи, когда недостаточность и неконцентрированность внимания у детей объяснялись низким уровнем их общего развития, но что, по моему, гораздо, лучше объяснялось половыми грезами, которые овладевали данными детьми. Для учителя часто невнимательность его воспитанника остается неразрешенной задачей, так как он не имеет представления о силе эротической фантазии ребёнка, как и вообще он не знает всего внутреннего мира ребёнка. Как часто отвлекает мальчика от занятий жгучая мысль о любимом лице! Как часто причиной такого отношения к занятиям служит даже не половая фантазия, а уже настоящие половые переживания того или иного свойства. Один господин рассказывал мне, вспоминая свое собственное детство, что в то время, как учитель заставлял класс зубрить amo, amas, amat [104], он вместе со своими друзьями под партой практически штудировал значение этих слов. Разумеется, половая жизнь должна отвлекать ребёнка от работы тем более, чем она сильнее. И когда, как это бывает в некоторых случаях, половая возбудимость достигает ненормальной высоты, тогда опасности, угрожающие интеллектуальному развитию, особенно значительны. Bell с этим не согласен, он не учитывает преждевременных любовных склонностей при наследовании процесса духовного развития детей. Правда, наблюдались факты, когда мальчик, сильно любящий своего товарища, бывал невнимателен в классе в те дни, когда этот товарищ не являлся в школу, тем более эта невнимательность должна расти, когда объектом любви является не школьный товарищ, а постороннее лицо. Bell же основывает свои мнения на тех случаях, когда привязанностью ребёнка является его сотоварищ по школе, причем он говорит только о любви между мальчиками и девочками. В этих случаях могут даже получиться благоприятные последствия: Hebbel рассказывает о себе, с каким горячим прилежанием он маленьким мальчиком посещал школу, исключительно потому, что в классе он встречал девочку, которую любил. Таким образом присутствие любимого существа может поощрять честолюбие и увеличить работоспособность. Маленькая девочка, влюбленная в свою учительницу, всегда старается доставить ей удовольствие своей внимательностью и прилежанием, равным образом мальчик, влюбленный в своего товарища или подругу по классу всегда старается произвести на них впечатление своей исполнительностью в классе. Надо поэтому не просмотреть и этой хорошей стороны, тоже являющейся результатом детской сексуальности. По тем же причинам могут повыситься у ребёнка и чувства, альтруистического свойства. Нередки случаи, когда мальчик всем готов пожертвовать для любимого товарища. Его любовь поощряет его к благородным поступкам.
<...>
проявления половой ненормальности, хотя отдельные случаи еще не определяют будущей половой жизни в зрелых годах. Однако мы встречаемся со случаями, когда уже в детстве половая жизнь становится на ясно выраженном пути ненормальности, объясняющая и определяющая и другие неестественные склонности, вплоть до особого склада всей душевной жизни ребёнка. Такой ребёнок чувствует себя несчастным в положении того пола, в котором создала его природа. Мальчик хотел бы лучше быть девочкой, девочка – мальчиком. Будущая профессия, призвание к какому-нибудь делу – уже определяются теми психическими свойствами, которые носят на себе печать характерной половой жизни. Возьмем, например, католическое духовенство. Так часто встречающаяся между последними гомосексуальные склонности объясняются обыкновенно вынужденным воздержанием от нормального полового общения. Но ценно и следующее соображение: не невероятно, что недостающее у этих господ естественное чувство к женщине и заставляет их пойти в ряды духовных пастырей. Один католический священник указал еще на следующие взаимоотношения между гомосексуальностью и выбором духовного призвания. Представим себе гомосексуально предрасположенного мальчика, который сталкивается с патером при совершении всевозможных религиозных обрядностей. Мы видели, что у таких мальчиков есть особая приспособленность к возбуждению похоти, и естественно, что они обращают на себя внимание священника. В результате, они подпадают гораздо раньше и сильнее, чем другие дети, под влияние духовных лиц, которые умело используют это влияние и убеждают своих маленьких друзей посвятить себя духовному служению. Не только гомосексуализм, но и другие ненормальности, могут иметь влияние на склонность и будущие занятия ребёнка. Один известный мне фетишист, который в 15 лет предстал пред судом, обвиненный в отрезании кос, показывал что уже на первом или на втором году жизни он замечал в себе своеобразную, возбуждающую прелесть, которую он испытывал от прикосновения к волосам. В других случаях фетишизма, которые я наблюдал, эта склонность выражается еще ярче. Один субъект, одержимый фетишизмом белья, уже в семилетнем возрасте охотно возился с бельем своей сестры или служанки, по возможности старался трогать его рукой и даже любовно прижимать к себе. Подбор чтения часто у детей определяется ненормальными чувствованиями, сексуальный диагноз некоторых мы часто в состоянии поставить лишь впоследствии. Я знаю мазохически и садистически чувствующих людей, которые детьми зачитывались романами из жизни разбойников или рабов, потому что они находили в них яркие описания истязаний и дурного обращения.

Достоверно известен факт, когда дети преднамеренно ищут телесных наказаний, чтобы при этом испытать мазохистские ощущения. Классическим примером может служить Руссо, который семи лет испытывал большое наслаждение, когда его била M-lle Lambercier. Он сам рассказывает [105] обо всей глубине его привязанности к госпоже Lambercier.

Его старательное послушание, правда, всегда заставляло его избежать всякого проступка, который мог бы повлечь за собой наказание, но когда последнее все же исполнялось госпожой Lambercier, он не без тайного возбуждения подставлял свое тело под удары.
<...>
Я не буду останавливаться подробно на том, какое дальнейшее значение имеет половая жизнь ребёнка. Оно очень велико. Часто мы встречаем великих поэтов и художников, творивших уже в свои детские годы, и если мы вспомним о том взаимоотношении которое существует между художественной творческой работой и сферой психополовой, тогда мы не станем отрицать известного отношения половой жизни ребёнка также и к искусству. Так, мы встречаем детей, которые уже способны излить свои любовные чувства в стихотворении, во всяком случае эти чувства, если и остаются не выраженными в раннем детстве, имеют громадное значение для будущего развития творческого духа. Мировая литература дает тому много примеров. Пример Гейне [107], сильная детская привязанность которого к одной девушке, племяннице палача, оставила яркую печать на его последующих творениях. Пример Гёте, на художественное творчество которого тоже имела влияние детская дружба поэта с одной девочкой. Данте в девятилетнем возрасте увидел свою Беатриче, и с этого момента всё его творчество носит печать её влияния. Исследуя детские впечатления различнейших поэтов и великих художников, мы решительно у всех находим непосредственное или косвенное влияние таких впечатлений.
Mantegazza [108] заходит так далеко, что считает раннее развитие психополовых переживаний характерной особенностью всех богато одаренных и исключительных натур. У таких натур очень рано появляется смутное, стыдливое чувство, влекущее мальчика к девочке, еще раньше, чем пол кладет свой отпечаток на организм, раньше, чем показываются ясно выраженные характерные признаки пола. Mantegazza сравнивает это чувство с той розовой окраской, которая покрывает горизонт, еще раньше, чем солнце восходит. И он думает, что у людей более обыденного типа и меньше одаренных новые неведомые чувства, называемые любовью, являются лишь гораздо позже, вместе с образованием ясно выраженных половых признаков. Я не думаю, чтобы все это можно было трактовать так обобщающе, но и я выше уже упомянул, что нельзя разделять тех опасений, с которыми многие относятся к психополовой жизни ребёнка.
Вопрос о потомстве, произрастающем из полового общения между детьми, будь то два способных к деторождению ребёнка, или один ребёнок и один взрослый, этот вопрос непосредственно практического интереса собой не представляет. <...>

сказать пару слов о значении позднего пробуждения полового чувства. Это отнюдь нельзя рассматривать, как здоровое и нормальное явление. В течение долгих лет я наблюдал целый ряд людей, у которых очень поздно являлись половые побуждения; некоторые из них в детстве, а также и позже, слыли в своем кругу образцом целомудрия. Они не посещали проституток, так как в двадцать лет у них не было еще ясно выраженного полового влечения. Они презирали тех молодых людей, которые входили во внебрачное половое общение, и им не было трудно сохранить себя чистыми в этом отношении. Некоторые из них вдавались при этом в своеобразный самообман; они твердо верили в свою необыкновенную нравственность и уговаривали себя, что они избегают полового общения из этических мотивов. В действительности, дело просто идет о недостаточном половом влечении и неспособности к выполнению полового акта. Позже, когда у таких людей является правильный взгляд на половую жизнь, они начинают чувствовать, что их половое воздержание происходило вовсе не из нравственных соображений. Если ближе проанализировать эти случаи, можно убедиться, что часто такие личности ненормальны; причем, ненормальность происходит не только от запоздавшего пробуждения половой жизни, но и от других явлений. Многие поверхностные наблюдатели видят в этом исключительную нравственную ценность. Но это нисколько не может изменить того факта, что в этих случаях дело нередко идет о невропатических и психопатических индивидуумах. Мне приходилось слышать от таких господ много суждений о самих себе, и с известной правильностью у них повторялось одно и то же замечание: они, мол, особенно благородно относятся к окружающему их злу. На самом же деле эта особенная нравственность обусловливается ненормальностью развития и часто заменяет действительное внутреннее благородство. Многие из них производят даже своей внешностью впечатление робких, немужественных, женственных людей.

И если моральные проповедники прилежно выставляют таких лиц достойными подражания образцовыми людьми, то это извиняется разве лишь тем, что всякое половое воздержание трогает независимо от того, происходит ли оно от действительного целомудрия и нравственности, или от патологического строения всего человека. Но ведь евнухов, например, мы не считаем исключительно добродетельными людьми, мы должны поэтому быть осторожными в этической оценке такого воздержания.
<...> Мне хочется поэтому здесь подчеркнуть, что недостаточность полового развития и запоздалая половая жизнь также нежелательны, как преждевременная




То, что должно быть сказано, должно быть сказано ясно. Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1525
Зарегистрирован: 26.03.18
Откуда: Deutschland
Рейтинг: 4
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.11.21 03:00. Заголовок: Глава IX. Половое во..


Глава IX. Половое воспитание


Спорным считается вопрос, являются ли чувства стыда и отвращения природными свойствами людей. Но при этом смешиваются две вещи, которые нужно строго разграничить общее происхождение этих чувств, и их специальное проявление при реагировании на определенные факты. Разумеется, нельзя сомневаться в том, что общие ощущения этих чувств природно свойственны людям, точно также, как та тесная связь, которая при этом существует между специфически физическими явлениями (краснота лица при стыде и тошнота и рвота при отвращении) и соответствующими душевными переживаниями, безусловно не представляет собой случайных результатов воспитания. И если о чем-нибудь спорить можно, то только о том, доходит ли эта врожденная склонность так далеко, что она проявляется при том или ином конкретном случае. <...>
То же самое следует сказать и о чувстве стыда. Если человек стыдится определенных вещей и поэтому их избегает, то это можно объяснить посторонними влияниями (воспитание, подражание, внушение), которые связывают определенные представления с появлением стыда. Но могут также быть такие явления, которые вызывают у человека стыдливое чувство по свойственным ему прирожденным ощущениям. Известные явления в мире животных, как, например, тот факт, что некоторые животные производят свои испражнения в скрытых от постороннего взгляда уголках, наводят на мысль, что чувство стыда следует отнести к прирожденным свойствам.
Многие желают доказать прирожденность чувства стыда тем обстоятельством, что маленькие девочки способны краснеть по самому незначительному поводу. Конечно, бывает, что уже в раннем детстве развивается исключительная стыдливость. Sykorsky [129] сообщает, что его сынок уже в три с половиной года выказывал типичную стыдливость. Однажды мальчик мылся, снял для этого кофточку и оголил тельце. Когда отец неожиданно для ребёнка появился в комнату, мальчик застыдился, испугался, скрестил на груди руки, как бы желая прикрыть свою наготу, и умоляюще проговорил: «Ах, не входи, я без рубашки».

Правильно указывает при этом Сикорский, что скрещение рук на груди является типичным при стыдливости. Впрочем, это сравнительно редкие случаи; в противоположность им можно наблюдать и такие, где дети старшего возраста, например девочки, перешедшие даже уже восьмилетний возраст, очень часто при игре так задирают платьица, что необходимо отвернуться, чтобы не смотреть на половые органы ребёнка, и часто необходимо вмешательство матери или взрослых, чтобы указать детям на эту непристойность. Вот это-то обстоятельство, что стыдливость у маленьких детей очень мало развита и проявляется только в более зрелом возрасте, по мнению многих, и доказывает, что нет врожденного чувства стыда. Мнение, не безусловно верное, ибо всякое свойство, хотя бы и прирожденное, может проявиться лишь в определенном возрасте, что мы и наблюдаем при развитии полового влечения, несмотря на то, что жизненные условия могут так или иначе подавлять это врожденное чувство. Во всяком случае, как бы ни думали об этом вопросе, не может быть никакого сомнения в том, что оба чувства, и стыд, и отвращение, поддаются влияниям intra vitam.
<...>



Считаю необходимым подробно остановиться ещё на одном воспитательном приёме, который играет особую роль в развитии половых ненормальностей, именно на телесном наказании. В последнее время обратили на себя особенное внимание исследователей те половые ненормальности, которые известны под именем мазохизма и садизма. Садизм заключается в том, что одержимый им субъект находит половое возбуждение в скверном обращении, муках или боли, причиняемых другому лицу. При мазохизме же субъект возбуждается в половом отношении тогда, когда его самого бьют или истязают. Очень часто возбуждающе действует истязание второго лица третьим, лишь в присутствии садиста, но без его личного участия. Часто также мазохистские и садистские склонности совмещаются в одном и том же лице. И вот много взрослых мазохистов и садистов сообщают, что первые проявления своих ненормальных склонностей они замечали у себя в раннем детстве, когда их подвергали телесному наказанию, или когда они случайно присутствовали, например, в школе, при телесном наказании других детей. Поэтому нужно рассматривать вопросы о применении телесного наказания не только с точки зрения общепедагогической, но и с точки зрения специальной половой педагогики. Речь идет не только о возбуждении общего свойства, которое само по себе страшно вредно, но главным образом о том, что телесное наказание как в наказываемых, так и в присутствующих при этом детях может вызвать продолжительные половые ненормальности, вроде мазохизма или садизма.
Этим однако не исчерпывается вся опасность применения телесного наказания к детям. Многие дети, испытав раз половое возбуждение после первого наказания ищут его повторения.
Я знаю случаи, когда дети в школе нарочно совершали проступки, чтобы быть наказанными и испытать при этом желаемое сладострастное ощущение.
Наконец, я, на основании непосредственно сделанных мне признаний учителей, убедился еще в третьей опасности, именно в том, что многие учителя специально прибегают к телесному наказанию своих учеников и учениц, чтобы возбудить свое собственное половое чувство. Впрочем и без этих признаний я не считаю таких фактов невероятными. Нельзя разумеется рассматривать каждый случай наказания, применяемого учителем к непослушному ученику, как садистски-подозрительный акт. Такое обобщение было бы даже опасно, тем более, что в наше время и дети уже знают, что такое садизм. И весьма возможно, что наказанный ученик легко может совершенно напрасно предположить садистские мотивы и обвинить в этом своего воспитателя.



* * *

В предыдущем изложении я разобрал только часть вопросов, связанных с областью полового воспитания. Исчерпать эту область до конца в рамках этой книги совершенно невозможно. Я вынужден был также оставить в стороне громадную литературу, вызванную современным движением в пользу полового просвещения. Не упоминал я также о том, что в последнее время выдвинуто требование, чтобы девушка получила возможность в госпиталях, больницах и других подобных учреждениях познакомиться со многими вещами, необходимыми ей для будущей брачной жизни. Все подобного рода предложения имеют в виду такие подробности, что я не имел возможности входить в их обсуждение.
Самым главным является хороший воспитатель, в широком смысле этого слова. Наилучшей воспитательницей для ребёнка была бы мать, но и отец, как это в последнее время требует, например, Eschle [146], может очень много сделать, даже в первых годах жизни ребёнка. Сознательно относящийся к своему долгу отец может оказать громадные воспитательные услуги своим детям. Но в большинстве случаев детям должна себя посвятить всё-таки мать. Но нельзя забывать, что громадное число матерей, в особенности из пролетарских кругов, не в состоянии уделять столько времени своим детям, сколько было бы желательно. В зажиточных семьях тоже встречается немало матерей, способных отделываться от своих обязанностей приглашением посторонних лиц в качестве гувернеров и воспитателей.

В последнее время принято думать, что современное женское движение особенно серьезно поставило на очередь вопрос о половом просвещении детей. По-моему, это не совсем верно, хотя некоторое влияние женщин в этом направлении надо признать неоспоримым. Было бы действительно хорошо, если бы особы, участвующие в женском движении, усиленно обращали внимание на то, чтобы указать матерям из зажиточных классов их долг и обязанности по отношению к своим детям. Никакой наемный гувернёр или гувернантка не могут заменить материнского сердца. С другой стороны, мать, которая серьезно относится к воспитанию своего ребёнка, может быть совершенно спокойна за чистоту его в половом отношении.
Такая мать в состоянии изучить душу и чувства ребёнка, она всегда может найти подходящий повод, чтобы наилучшим образом объяснить ребёнку все явления половой жизни, она не будет прибегать к сказке об аисте. Такой матери сам ребёнок доверяет, и те живые, искренние отношения, которые создаются между ними, имеют еще и ту ценность, что в ребёнке вырабатывается уважение к женщине вообще в гораздо большей степени, чем это встречается в большинстве случаев теперь. И этот вопрос о воспитании в ребёнке чувства уважения к женщине я считаю чрезвычайно важным моментом в его половом просвещении, ибо позже, когда ребёнок вступает в жизнь взрослым мужчиной, уважение к женщине охраняет его от сетей испорченных молодых девушек. Воспитанный в таком духе молодой человек будет также воздерживаться от грубых насмешек над беременностью, какого бы происхождения она ни была. Движение в пользу защиты материнства сделало в Германии в последнее время большие успехи. Этот факт нужно только приветствовать, если вспомнить о той жестокости, о тех оскорблениях, с которыми государство и общество относятся к молодой девушке, несущей в своем теле новое живое существо, павшей часто жертвой искуснейшим образом сплетенных сетей. Впрочем при правильно поставленном половом воспитании нечего бояться того, что половая область сделается предметом грязных покушений, как это, к сожалению, слишком часто случается. С другой стороны не следует считать каждое половое ощущение ребёнка опасным для него. Именно тогда, когда половая жизнь ребёнка идет по естественному пути развития, меньше всего нужно бояться всевозможных бесед о половых вопросах.
Само собой разумеется, не надо фиксировать всё своё внимание на воспитании ребёнка с точки зрения половой, ибо, к счастью, у человека имеются еще много других важных интересов. Половое воспитание надо рассматривать только как часть общего воспитания ребёнка. Привить ему истинные понятия о нравственности, привить ему истинное чувство чести, проникающее всё его существо, чувство чести, не ограничивающееся одним внешним декорумом, это значит также найти правильную точку опоры для правильного, как общего, так и специально полового воспитания ребёнка.



 цитата:
Альберт Молль (Albert Moll, 4 мая 1862, Лисса, провинция Позен — 23 сентября 1939, Берлин) — немецкий врач, психиатр, сексолог, исследователь гомосексуальности.

Вместе с Иваном Блохом и Магнусом Хиршфельдом считается основателем современной сексологии. Также Молль — один из первых учёных, применивших гипноз в своих исследованиях.

Изучал медицину в университетах Бреслау, Фрайбурга, Йены и Берлина. В Берлине под руководством Рудольфа Вирхова он защитил диссертацию по теме «Анатомия суставов». В последующие годы активно занимался изучением сексуальности человека.

В 1933 несмотря на лояльность к нацистскому режиму Молль подвергался преследованиям и был лишён всех своих научных званий и титулов.






То, что должно быть сказано, должно быть сказано ясно. Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Ответ:
1 2 3 4 5 6 7 8 9
большой шрифт малый шрифт надстрочный подстрочный заголовок большой заголовок видео с youtube.com картинка из интернета картинка с компьютера ссылка файл с компьютера русская клавиатура транслитератор  цитата  кавычки моноширинный шрифт моноширинный шрифт горизонтальная линия отступ точка LI бегущая строка оффтопик свернутый текст

показывать это сообщение только модераторам
не делать ссылки активными
Имя, пароль:      зарегистрироваться    
Тему читают:
- участник сейчас на форуме
- участник вне форума
Все даты в формате GMT  1 час. Хитов сегодня: 1137
Права: смайлы да, картинки да, шрифты да, голосования нет
аватары да, автозамена ссылок вкл, премодерация вкл, правка нет



Добро пожаловать на другие ресурсы