Отправлено: 11.03.13 12:05. Заголовок: Высшее образование. Часть 2
Высшее образование. Часть 2 — На следующий день. Как это ни странно, но сейчас, спустя некоторое время мне трудно определить гамму ощущений, которые я испытывала тогда, проснувшись после воспаленного сна на следующее утро после наказания. Сказать, что я отошла от пережитого, это значит ничего не сказать. Собственно говоря я и не спала, а просто забылась, обессилев от сильных переживаний и не утихающей боли. И хоть сознание несколько сгладило болезненные ощущения пережитых унижений и горькой обиды, но внутренний протест против такого обращения то и дело доводил до слез. Это были уже не вчерашние истерические рыдания, а сдавленные слезы, которые невольно сами собой лились из глаз. Угроза нового наказания действовала на психику и вводила в состояние паники. Что только не ощущала я в этот момент! Стресс – это понятно. Вся эта процедура от начала до конца – стресс и шок, испуг, стыд – это видно и со стороны. Но мое внутреннее состояние паники или, вернее – истерики, известно только мне. Так вот, об истерике. Доводили меня до этого состояния почти при каждом случае. Вообще – оно формировалось сразу же при первом ударе. Свет буквально мерк в моих глазах, как только мне объявляли о предстоящем наказании. Боль, пронизывающая тело и обжигающая голую поверхность ягодиц, становилась единственным критерием, который я воспринимала, и поэтому мало что запомнилось из происходившего рядом. Слова поучений от отца я старалась слушать, но когда боль нарастала уже так, что заполняла все тело, то отвечала ему часто невпопад, чем ужасно злила его. ”Вот, даже сейчас ты меня не слушаешь!” – сердился он. А поскольку орудие порки было у него в руках, то такая рассеянность часто стоила солидным добавлением к уже полученному наказанию! А что я могла поделать? Это ведь не специально. Это сейчас я такая смелая. Смелость, как рукой снимало первым же ударом ремня. Вот так оно и было, доходила я до истерики. Обо мне соседки вечно в след шептались: “Бесстыдница, вчера снова лупили. Родителей не слушает. Так ей и надо.” Слушать это неприятно. Мне теперь кажется, что родители сознательно каждый раз наказывали меня строже, чем я заслуживала. Когда твоя попка покрыта рубцами через всю ширину, от бедра до бедра, здорово не поразмышляешь! Всегда думаешь – ну вот, этот удар еще перетерплю, а следующий уже не выдержу! Поэтому и кричала – "Больше не буду!" А уже во время “взрослых” порок, после 19 лет, не выдерживала и кричала – "Хватит!" В эти моменты я не контролировала себя, и происходило со мной все, что только может произойти в таком состоянии. Правда, отец тогда уже не добавлял, потому что в этом возрасте все равно отпускал меня только тогда, когда пороть было уже негде. Когда отпускали, я шла к себе в комнату. Сил умыться не хватало. Не думаю, что в том виде я бывала привлекательной. Плелась, согнувшись, еле волоча по полу босые ноги и отчаянно растирая занемевшую попку. Потом отлеживалась, плача в подушку. Свежие ощущения полученной порки всплывали в уме. То, что недавно восприняла в виде боли, теперь было невыносимо жутко, стыдно. Отец, правда, не мешал. Он считал, что это даже правильно – осмыслить полученное наказание. Еще в Сибири я научилась зимой перед поркой вывешивать мокрое полотенце на мороз. Летом и потом, когда переехали, клала его в морозильник перед наказанием. Прикладывая холодный ледяной компресс к разгоряченному после наказания телу, я утоляла боль и жжение. Раздражение кожи проходило быстрее. Боль внутри тела долго не проходила и никакие компрессы тут не помогали! Потом охлаждалась холодной водой в душе. Постепенно успокаивалось дыхание. Возвращалась способность воспринимать происходящее вокруг. Я всегда старалась как можно быстрее пережить эти страшные, унизительные моменты жизни. Приводила себя в порядок и старалась не показывать, как же мне больно после таких строгих воспитательных мер. Я часто раньше, получив взбучку, анализировала и фантазировала, как нужно было бы поступить, чтобы этого не случилось. Чтобы прожить этот этап по-другому. Валялась в одиночестве и думала - если бы папа уехал на курсы в Москву! Если бы не случилось того и того. Если бы я маме сделала бы какой-нибудь подарок... Может мне и простилось бы. А может они уехали бы просто надолго и я бы росла одна... Когда лежишь на животе, потому что больно повернуться, то, чтобы утолить боль, отвлекаешь себя, чем только возможно. Часто я забывалась и засыпала под эти мечтания...
*** Бабочки весело кружились передо мной и, очень озорно и витиевато махая крылышками, старались сесть мне на вытянутые вперед руки. Сперва я прогоняла их, а потом постаралась разглядеть повнимательней. В те короткие секунды, пока они задерживались на моих ладонях, я успевала разобраться в запутанных узорах на их крыльях. Какими красивыми они казались! Яркие цвета украшали их, а они быстро-быстро начинали ими махать, и ослепляли меня отраженными луами солнца. Ах да! Как это хорошо, что на пляже, куда ни глянь, сегодня нет ни души. Это дало повод снять халатик и остаться в чем мать родила. Ведь я забыла надеть купальник! Я была чем-то отвлечена и совсем забыла о нем. А как бы я сейчас лежала на пляже в халате? Яркое солнце обтекает тело, и кажется, что аккуратно гладит кожу. Я вся вытянулась в струнку и чувствую кончиками вытянутых пальцев ног прохладный, влажный песок у кромки воды, куда падают приятные, освежающие брызги морских волн. Я лежу на песке совершенно одна и чувствую, как эти капли волн падают на мои ноги. Бабочки кружат надо мной. Они то и дело садятся мне на пятки, ноги и выше. Я сгоняю их, теребя ногами и виляя бедрами. Странно, но на спину они не садятся. Стало жарко лежать на песке. Я поднялась на руках и увидела, что к мокрой груди и животу прилипли целым слоем песчинки. Хотела сбросить их, но тут всплеском сильной волны облило не только ноги , но и бедра до поясницы. От этого захватило на миг дыхание. Бабочка села прямо на плечо. Но вдруг я почувствовала, что соленая вода обожгла мое разгоряченное тело. Я хотела провести рукой по облитым ягодицам, как вдруг бабочка на моем плече мгновенно превратилась в отвратительную лиловую гусеницу. От испуга я вздрогнула всем телом и сбросила ее с себя! Рука подвернулась и я, перевернувшись на спину села на песке. Он оказался очень раскаленным и песчинки показались мне слишком большими и острыми. Они моментально впились в кожу, Словно жала сотни пчел. и жжение стало невыносимым. Я вскочила, но снова упала... Казалось, будто звуки всплесков волн становились все сильнее. В ушах появился свист. Что бы это могло быть? … Когда я просыпалась и пережитые страсти всплывали утром, то именно эти мечтания казались мне совершенно глупыми. Сейчас смешно будет, но я обычно, додумывая их, и фантазируя свои другие поступки, всегда натыкалась на ситуацию, при которой мне наверняка влетело бы снова. И меня это даже успокаивало. Ведь сильное напряжение сил и нервов оставалось уже позади. Злость за пережитые унижение и стыд тоже сглаживалась. И хотелось скорее прожить что-то другое, новыми впечатлениями и эмоциями заглушить тяжелый осадок. Поэтому я старалась, буквально на следующий же день после наказания, заняться чем-нибудь интересным. Часто ходила, собирала гербарий, который мне совершенно не был нужен. Просто убеждала себя, что занимаюсь серьезным делом. Может быть это чисто по-детски. Но я не стесняюсь признаваться в этом. Действительно, хороша бы я была, если бы сидела в спальне и ревела на тему, что все меня не любят и только и знают, что лупят.
*** К моему сожалению, в уме уже всплыло все, что произошло вчера. Я повела себя неправильно, что привело к большим потрясениям для меня. И еще эта угрожающая последняя папина фраза. Он у меня военный, если что приказал, решения не меняет. Так что ждать нужно худшее. Полотенце, еще ночью ледяное, казалось горячим компрессом. Я сбросила его и попыталась подняться. Сильно ломило в нижней части тела. Идти тоже было больно. Весь день я мучилась от неизвестности. Наконец, папа приехал. Был он в самом худшем настроении. Обсуждали мое поведение сперва между собой, с мамой. Потом и меня позвали. Я еле заставила себя подняться. Шла в прямом смысле на лобное место. Что будет со мной, даже не представляла. К моему ужасу мать нарезала днем длинные розги для меня, и на прощение я не рассчитывала. И как я не уговаривала, что не ожидала обиды со стороны родителей, ведь меня долго учили музыке и хотели, чтобы я играла, отец заводился еще больше. В конце концов от вспылил и сказал: – Хватит мне зубы заговаривать! Вот, все возможности оттянуть самый важный момент я исчерпала. Я думаю, что не совсем правильно, то, о чем мы делимся, называют – телесными наказаниями. Телесное – быстро рассасывается. Душевное – останется на всю жизнь.
Трудно начать описывать главное. Мама выдвинула кушетку, а я, уже не сдерживая слез, легла на живот. Халат задрали и я предстстала перед родителями с посиневшим задним местом, в фиолетовых рубцах и поперек, и крест-накрест. Тогда мне приказали снять халат, пристегнули к кушетке за руки и за ноги и стали пороть розгами. Порол отец по голой спине, по диагонали то с одного бока, то переходил на другую сторону. Я только и могла причитать: «Папочка, дорогой, не надо!» Дышать было трудно. Дыхание то и дело сбивалось от того, что отец хлестал по пояснице. Я захлебывалась и выла. Когда совсем было невмоготу, орала во всю глотку. Тогда отец хлестал по измученному заднему месту, от чего искры сыпались из глаз. «Вот к чему бабочки снились» - невольно стучало в висках. Хорошо еще, что я не худая, как теперь жерди ходят, но и вешу немного - 62 килограмма. (А что бы я сейчас делала с такой попкой, как у них, как два апельсинчика). Хорошо, что в бедрах нормальная, не толстая. Дай ей отдышаться, - сказала мама. Я, приняв это за мамину защиту, стала проситься: Ма – мочка! Не надо больше! Как это хватит? – Вдруг сердито сказала мама. – Ишь, чего захотела! Еще столько же получишь. В общем, выдрали меня так, что встать я уже не смогла, даже после того, как меня отвязали. Получила около 80 розог. Было это для меня так много, что я света Божьего невзвидела. Если учесть, что по попке тоже раз 20 получила, то боль меня заполнила всю с новой силой. От пережитого шока потеряла ориентацию и, когда встала, то голова сильно кружилась и все плыло, как в тумане. Порка кончилась, но страдания продолжались. Я уже возненавидела и занятия музыкой и консерваторию и университет. Только отлежавшись, часа через два, я подумала: “За что родители меня так ненавидят, что готовы запороть до полусмерти?“ Ненависть переполняла меня! К счастью меня оставили в покое и я даже смогла немного забыться. Воспаленный мозг продолжал переживать страсти наказания. Стыд и боль не давали уснуть. Только, когда давно стемнело стало немного легче и тогда я смогла пройти к холодильнику, чтобы приложить к избитым местам полотенце. Холод немного привел меня в чувство. Только глубокой ночью, когда все уже уснули, вернулась способность что-то осмыслить и даже пофантазировать. Я выдумывала такие изощренные издевательства над своими родителями, что потом сама удивлялась своим способностям. Стала ли я после этой порки лучше, не знаю. Думаю, что нет. Когда стало не так больно, в голове упорно вертелась мысль: — “Девушка во время наказания тоже должна быть привлекательной!“ Нужно сказать, что после такого воспитания я становилась шелковой надолго, а потом снова зарабатывала на очередной сеанс. Вот я и описала то, что тогда было для меня главным. Но проходит время и что ждет меня впереди? А может оно главным и не окажется. Может тогда главным представится что-то другое.
Отправлено: 14.04.13 23:52. Заголовок: Может тогда главным представится что-то другое.
Ощущения и переживания наказанной девушки описаны очень интересно. Я почувствовал, как она после всего пережитого вчера, любым способом гонит от себя мысль о возможном вторичном наказании. Действительно, если ей уже приходилось такое переживать, то ждать повторных унижений очень тяжело. Видимо Веронике приходилось очень несладко, коль ей ТАК влетало. а что запомнилось еще? Ненависть к родителям осталась, или прошла со временем?
Сообщение: 373
Настроение: Юмор у человека - как тормоза у машины, отказали - будет авария.
Зарегистрирован: 18.03.13
Откуда: Россия, Волгоград
Рейтинг:
0
Телесное – быстро рассасывается. Душевное – останется на всю жизнь.
Ваше наказание, действительно больше душевное, чем телесное. Потому что не справедливое. Вероника, пишите, изливайте душу, не держите в себе столько негатива.
Вероника пишет:
цитата:
“Девушка во время наказания тоже должна быть привлекательной!“
Получать ремня мне приходилось часто и довольно чувствительно. А так как была я ребенком неусидчивым и изобретательным, то прохаживались им по моей попке очень щедро уже лет с пяти. Я подрастала, проступки и шалости все больше злили родителей, а так как «плацдарм» для воспитания тоже увеличивался в размерах, то и меры воздействия на него становились все более чувствительными и продолжительными. В 12 – 13 – 14 лет меня наказывали уже достаточно строго, добавили к ремню еще скакалку, и не проходило, пожалуй, недели, чтобы я не оглашала своими воплями на всю улицу об очередном воспитательном процессе. Проклятая скакалка так глубоко врезалась в тело, что казалось, она режет меня на части. Я подолгу плакала уже после наказания, оставшись одна, и мне страшно было даже посмотреть в зеркало на себя сзади. Я не представляла, как могла выдержать столько! Родителям почему-то всегда казалось, что мне мало попало, поэтому даже саму сильную порку они удлиняли, и с каждым разом сеанс воспитания и «вправления мозгов» становился все более долгим и мучительным для меня. Но я и в страшном сне не могла представить, какими мучительными станут эти экзекуции для меня уже через 2 года. С детства мне давали понять, что наказание нужно прочувствовать не только физически. При этом должно быть еще страшно, стыдно и унизительно. Поэтому, как только мне объявляли о предстоящем наказании, я начинала трястись, как банный лист. Отец всегда делал особый тон голоса, чтобы посильней унизить меня, и не обращая внимание не окружающих, или место, говорил строго – «За это я тебя сегодня высеку!» Слово «сечь», «высечь», были для меня самыми ужасными. Мне было не так стыдно если бы то же самое звучало, как «побить», «отлупить». Пусть даже «дать ремня» или «выпороть». Перспектива быть высеченной казалась мне очень позорной. Конечно же я старалась изо всех сил слушаться и быть примерной девочкой. Задирать юбку, снимать трусы, а иногда и раздеваться полностью каждый раз доставляло мне огромную муку. Я отдавала отчет, что раздевшись мне придется тут же подставлять свою попу под ремень, который меня не пощадит. И, возможно, что страдания моей попки закончились бы, как у большинства моих подружек к 15 – 16 годам. Но, как говорится, шлея мне попала под хвост, и я увлеклась парнем с мотоциклом. Какая это была любовь, вы даже представить себе не можете. Хотя, конечно же это было еще очень по-детски. Это так взбесило родителей, что драть меня стали они совсем уж немилосердно. Вот так в 16 лет я познакомилась с пряжкой, а позже с розгами. Меня стали привязывать и чаще прежнего бить сразу с двух сторон, ведь раньше мама держала меня за ноги, чтобы я не сбежала. Такое наказание надо прочувствовать. Когда бьют двумя ремнями слева и справа, то ничего не стоит за две минуты схватить до 100 ударов. Как говорится – на одном дыхании. Удары сыплются без пауз. Не успеваешь прокричаться. Реветь даже не получается. Зайдешься в крике, а зад уже весь посинел! Как мне хотелось в такие моменты потерять сознание, но организм справлялся с болью, страдал, но держался. Я хорошо понимала уже, что тело не онемеет, а под конец боль станет еще ужаснее. Правда, видя, что у меня перехватило дыхание, делали небольшие паузы, но раньше, чем через 10 минут не отпускали никогда. Еще в 15 – 16 лет ставили в угол на коленки сразу после порки. Говорили, чтобы проревелась. Как будто без этого я часа полтора не ревела бы от перенесенной боли? Наказание на коленях не только моральное. После долгого стояния ноги начинали просто трястись от напряжения. А садиться на пятки не разрешали. Мама следила за этим, не выпуская пояс из рук. И стоило присесть, как она от души охаживала ремнем сверху вниз, так что конец закручивался между ног, и я подскакивала, в прямом смысле, как ужаленная. Но когда наказания стали еще строже, то в угол ставить перестали. Да и не смогла бы я выстоять, потому что после экзекуции сил хватало только, чтобы приковылять к своей кровати, как в тумане, и завалиться на живот. Даже приложить холодный компресс не всегда хватало сил. Лежала вот так с избитым до крови задом и давилась слезами. Несколько дней ходила, как пришибленная, садиться было так больно! Но в школу ходить нужно было, а то наказали бы еще раз. И вот я приблизилась к тому ужасному дню, который могу восстановить чуть ли не по секундам!
Однажды, когда наказывали очень сильно и сделали паузу, чтобы я отошла, я в наивной надежде смягчить родителей, срывающимся голосом пролепетала – «Зачем вы меня так сильно бьете. Я все поняла, ну хватит, я не могу больше. Мне так больно» Это были не те выкрики под ремнем, когда невольно просишь: «ну хватит», «не надо». Так невольно получается, наверное у всех. Я действительно просилась, чтобы они обратили внимание на мое жалкое состояние.. Ответ мамы меня ошеломил . «Да тебя вдвое сильней надо драть, так чтобы кожа лопалась! Не может она! Как шкодить, так может. Вот сейчас увидим, как ты не можешь!» И мне оставалось только залиться слезами, а мама отвязала почему-то мои ноги, развела их в сотороны и привязала к ножкам кушетки на которой меня пороли. Я поняла, что нажила себе новую неприятность. И это оказалось действительно страшной неприятностью. Потому что я в первый раз испробовала пряжку. Я думаю, что никакими словами описать, что я чувствовала при наказании пряжкой, невозможно. Вообще, ведь немногие девушки даже здесь, на форуме подвергались наказанию пряжкой! В моем уме молоденькой девушки не вмещалось понятие ударить по голому телу металлической пряжкой. Тем более, что к этому времени моя попка уже была вся покрыта рубцами от ремня, которые очень существенно напоминали о себе. Отец действительно не лупил ремнем, а сек меня. Удары его ремня, в отличие от маминого, ложились под углом. Так что в тело врезалась не вся плоскость, а только узкое ребро. Такие удары часто рассекали тело до крови, а рубец быстро набухал и кровь запекалась. Эти рубцы были очень болезненными и рассасывались очень долго, не позволяя спокойно садиться на попу. И вот отец бьет меня пряжкой! Я ненавидела его страшной ненавистью. Орала я так, что мать даже стала закрывать мне рот полотенцем. Я продолжала орать, вырывая голову и дергая попой из стороны в сторону, насколько позволяла привязь. «Хоть бы не двумя пряжками!» – вертелось в уме. (Но надо отдать должное – двумя пряжками одновременно меня ни разу не наказывали). Описывать состояние девушки в моменты, когда пряжка попадала между ног, мне очень стыдно. Достаточно отметить, что туда попадала примерно половина ударов. Не стала бы мама впустую перепривязывать мои ноги! «Гады!Звери! Не надо!» – орала я, понимая, что этим только делаю плохо себе. Обычно я признавалась родителям в любви. Кричала – «Мамочка! Дорогая, Я тебя люблю! Я буду хорошей!» Жестокость экзекуции привела к тому, что я обезумела от боли. Получив 15 ударов пряжкой, я отбыла в тот раз наказание полностью. Но позора натерпелась, когда встала. Подо мной оказалась лужа. От сильной боли я описалась. Не помня себя от боли и страха о дополнительном наказании за это, я схватила одежду и голая убежала. Примерно через час мама вошла в мою комнату. – Ну что, выплакалась? Или еще не успокоилась? – спросила она уже без злости. Мне очень хотелось бы, чтобы мама погладила меня и успокоила. – Мне очень больно, мамочка... – пролепетала я. – Веди себя хорошо! – мама села возле меня и положила на избитые ягодицы холодный компресс. Я так рада была этому, что простила ей все причиненные сегодня страдания. – Мамочка! Не надо больше пряжкой! Ну пожалуйста. – просилась я. – Эх, не жалеешь ты свои булочки, - пошутила мама. – Ты знаешь, я отца уже пол года отговаривала от пряжки. Но сегодня ты нас сильно разозлила. – Я не буду больше! Не буду вас злить! Мама погладила меня вдоль все еще вздрагивающей спины и поцеловала в висок. – Будешь хорошей, не будем тебя так наказывать. – Мама помолчала и добавила. – Но вообще наказывать будем. Не надейся. Мама ушла, а я немного успокоилась.
Рубцы от этой порки еще не рассосались и желто серые полосы украшали мой зад, когда мне пришлось расплачиваться за следующий проступок. По-моему тогда я спалила микроволновку, и в конце снова получила 15 ударов пряжкой. Я не готова ее описать. В жизни не бывает двух одинаковых порок, переносишь ее каждый раз по-иному. И каждый новый удар, это не повторение предыдущего. Это новая боль, новые страдания, новый стыд.
Сообщение: 378
Настроение: Юмор у человека - как тормоза у машины, отказали - будет авария.
Зарегистрирован: 18.03.13
Откуда: Россия, Волгоград
Рейтинг:
0
Отправлено: 16.04.13 14:57. Заголовок: По половым органам -..
По половым органам - это не наказание, а истязание. Меня всего дважды пороли пряжкой (один случай я описал в Воспоминаниях (история пятая - "Костёр")), но, слава Богу, только по заднице доставалось - не ниже, не выше. Такие кровоподтёки были, что ой-ё-ё-ёй.
Примите подарок - иллюстрацию к Вашей фразе, что девушка должна быть привлекательной даже во время наказания. Мне очень понравилась эта фраза.
Отправлено: 05.05.13 13:50. Заголовок: Вероника! Я прочел В..
Вероника! Я прочел Ваши рассказы и был поражен тем, как просто и откровенно Вам удалось описать сцены наивысшего накала страстей. Чувствуется противостояние наказываемой и ее родителей. Я невольно переживал с Вами, как же удастся пережить такие сложные моменты воспитания. Чувствуется, что Вы сами сложно пережили период, когда подвергались наказаниям, и пришлось пережить Вам много обид и унижений. Очень необычно Вы описываете свои переживания в это время. Не каждый решился бы на такие откровения. Было бы интересно почитать другие Ваши рассказы о себе. Даже на другую тематику. Как вообще сложилась Ваша судьба.
Отправлено: 01.06.13 12:39. Заголовок: Я хорошо понимаю пер..
Я хорошо понимаю переживания девушки, которая перенесла такое. Я понимаю состояние, когда совершенно не защищена и находишься в чужой власти. У меня были подруги, которых тоже наказывали. Но у них всегда было кому заступиться за них. Бабушка, или тетя часто спасали их от наказания. Или, по крайней мере, не давали разделаться слишком жестоко. А меня никто не мог защитить. Мама и отец всегда были единодушны в том, что меня надо наказать. И избивали меня так же сильно и хладнокровно. как и Веронику. Я никому не пожелаю пережить такое. И хорошо было бы, если бы родители, которые жестоко порят своих детей почитали бы эти воспоминания и прочувствовали, каким страданиям они подвергают собственных детей.
Отправлено: 01.06.13 12:50. Заголовок: Дора,а были ли какие..
Дора,а были ли какие-нибудь хорошие моменты в Вашей жизни с родителями.Как вы отдыхали вместе,какие подарки делали Вам на праздники,как ухаживали во время болезни,как в обнимку телек смотрели и т.д.Просто для полноты картины хотелось бы узнать о ваших с родителями отношениях "вне наказаний".
Nikita-80 пишет: [хотелось бы узнать о ваших с родителями отношениях "вне наказаний"]
Конечно же были хорошие моменты. И их, надо признаться, больше. чем плохих. Просто наказания как-то особо отмечаются в памяти. Мои родители - люди без полутонов. Для них существует два цвета. Черный и белый. Или все хорошо и претензий нет, или все плохо. и тогда держись! Мне многое доступно, благодаря родителям. Мы каждый год ездили на море, где я от души наслаждалась курортными радостями. Был хороший момент в этом. В санатории, или гостинице, да и просто в съемной квартире меня практически не наказывали. Вернее, не пороли по настоящему. Могли отшлепать, или пару раз стегануть ремнем. Но на более того. Об одежде я не говорю. Мама сама одевается хорошо и всегда следит, чтобы я выглядела красиво. В девяностые годы мы всей семьей напряженно следили за сериалами. Все эти Марии, Тропиканки и т.д. Это были вечера возле экрана, а потом. до следующего вечера мы наперебой делились своими мыслями о том, как сложатся судьбы дальше. Почти каждый день мы с мамой проводим много времени вместе на кухне и она меня научила хорошо готовить. Это повседневная жизнь и она очень хорошая. Понимаете, это дни и недели, а наказания - это минуты и часы после. Так что считать свою судьбу несчастливой я бы не стала. Просто, во время и после наказания комок эмоций и переживаний захлестывает и порождает ненависть.
Ну,слава богу,все не так уж плохо оказалось.Так,обычная семья,где применяется порка в отношении детей.А то мне Ваша жизнь уже сущим адом показалась.Но тем не менее слишком жестко Вас наказывали.Порка в 2 ремня?..По очереди-сначала мама,потом папа...Нельзя вдвоем набрасываться на ребенка,да и на взрослого тоже(в реальной жизни).Всегда должен быть какой-то"адвокат",пусть"бесплатный",для видимости.Помню,мачеха старалась порой что-то буркнуть,типа:"Андрюс,ну ты полегче..."Или:"Может,простишь на этот раз..."И не только в отношении меня,но и своего сына(моего брата).А на отдыхе,действительно,пороть"неудобно"...Слышимость большая.Папа тоже каждый год вывозил нас на море,и за непослушание ограничивался только шлепками.Да и впечатление об отдыхе не хочется портить ни себе,ни ребенку.Дора,а Вы сами будете применять ремешок к своим детей?
Nikita-80 пишет: [Ну,слава богу,все не так уж плохо оказалось]
Насчет себя, то пока мне хотелось бы своих будущих детей окружить заботой и нежностью. Если мне пришлось нелегко, то постараюсь побаловать их. Но пока рано судить о моих поступках. Меня, правда, с января месяца уже не пороли, но об окончании наказаний тоже пока разговора не было. Собственно, возможно так же думала и моя мама. Ведь пока я была маленьким ребенком до 5-6 лет наказания были минимальными. Как обернется воспитание своих детей? Я не знаю, может станут выводить меня и я не сдержусь. Меня же тоже не сразу стали пороть двумя ремнями. Все это пришло постепенно. Сначала просто шлепали, потом ремешком больше для страха лупили, и только потом стали именно пороть и раздевали. То что меня сильно наказывали, я считаю родители не правы. я никогда не пойму, почему надо было мне доставлять столько боли и унижений. Если бы у меня было кому заступиться! Хотя бы надежда на это облегчала бы мое состояние. А так сила всегда была на их стороне.
Отправлено: 05.06.13 21:33. Заголовок: Дора пишет: Я не зн..
Дора пишет:
цитата:
Я не знаю, может станут выводить меня и я не сдержусь.
Дора, как раз надо сдерживаться. Никогда не наказывайте в гневе. Я всегда перед тем, как доче всыпать, старалась успокоиться, даже валерьянку глотала, потом вела беседы - что она плохого сделала (чтобы ребёнок никогда не думал, что его наказывают не за плохие поступки, а потому что родители злы на него), а только потом уж за ремень бралась, да и не так уж и часто...
Ну а если действительно вывел из себя?Ведь поймет,за что наказывают,а то,что родители злы-так за его же проступок.А зачастую,как успокоишься,все объяснишь-поговоришь,так и пороть уж и не хочется...А вроде надо бы...
Отправлено: 12.06.13 22:43. Заголовок: "Я всегда перед ..
"Я всегда перед тем, как доче всыпать, старалась успокоиться, даже валерьянку глотала, потом вела беседы"
Если бы мои родители поступали бы так, как Вы, то мне не пришлось бы преживать так много сильнейших стерессов. Но они предпочитали "побеседовать" со мной с помощью ремня, и считали, что это убедительный аргумент для того, чтобы я была послушным ребенком. Хотя порки в 19 лет, это уже не детское воспитание. Я просто описала запомнившиеся моменты моей жизни, и изменить их уже нельзя.
Отправлено: 13.06.13 13:44. Заголовок: Вероника пишет: Я п..
Вероника пишет:
цитата:
Я просто описала запомнившиеся моменты моей жизни, и изменить их уже нельзя.
Вероника, главное, что вы выросли хорошим человеком. Пороть за выбор профессии - дикость, конечно (как Шура сказала бы - "параллельный мир"). Парни и то не выдерживали - почитайте 15-ю историю "Воспоминаний бывшего ребёнка". А Вы в любимой профессии, насколько я поняла. И всё будет хорошо. И ещё своих детей пороть будете (только не так сильно, конечно, и только по делу - потому что знаете, как это больно), но не унижать и не оскорблять.
Сообщение: 647
Настроение: Юмор у человека - как тормоза у машины, отказали - будет авария.
Зарегистрирован: 18.03.13
Откуда: Россия, Волгоград
Рейтинг:
3
По-моему,учится в консерватории всегда было очень престижно.Еще попробуй туда поступи.В Московскую и Питерскую по крайней мере...
Это от родителей зависит. У кого какое понятие о жизни. Некоторые почему-то хотят, чтобы ребёнок непременно по их стопам шёл, некоторые, наоборот, - ни в коем случае. При чём, и те и другие считают, что желают добра. Я с такими вариантами в своей тренерской практике сталкивался. Ёлки-палки, да дайте же ему самому выбрать, чем заниматься! Это для Светки с Шурой - "параллельный мир", они с детьми не работают.
Некоторые почему-то хотят, чтобы ребёнок непременно по их стопам шёл
Моя соседка, чуть старше меня пошла по стопам отца, и закончила университет МВД. Теперь жалуется, что не в своей тарелке себя чувствует. Хотела юристом быть, адвокатом. Папа предложил более легкий вариант. Стопроцентный! Теперь на неё сослуживцы как на куклу смотрят. И дело ей не поручишь, и тронуть нельзя - папа полковник. А уйти отец тоже не разрешает.
Сообщение: 771
Настроение: Юмор у человека - как тормоза у машины, отказали - будет авария.
Зарегистрирован: 18.03.13
Откуда: Россия, Волгоград
Рейтинг:
3
Теперь жалуется, что не в своей тарелке себя чувствует. Хотела юристом быть, адвокатом. Папа предложил более легкий вариант. Стопроцентный! Теперь на неё сослуживцы как на куклу смотрят. И дело ей не поручишь, и тронуть нельзя - папа полковник. А уйти отец тоже не разрешает.
Раньше таких "позвоночниками" называли (по звонку - в институт, по звонку - на хорошую работу). А я вот только сейчас подумал, каково это позвоночнику, если он не бездушный карьерист, а человек с совестью и душой. Тоже не позавидуешь.
Все даты в формате GMT
1 час. Хитов сегодня: 1383
Права: смайлы да, картинки да, шрифты да, голосования нет
аватары да, автозамена ссылок вкл, премодерация вкл, правка нет